Его дыхание коснулось моей шеи, его теплая грудь прижалась к моей спине.
Я не пошевелилась, когда почувствовала его рядом. Стояла неподвижно, пойманная в ловушку его тепла, как будто это мой конец и мое начало.
Навсегда запомню тишину этого момента.
— Я люблю тебя с пяти лет, — легонько коснувшись губами моего уха, хрипло прошептал Ригель, будто произнес самые сокровенные слова.
Я не дышала.
— Я изо всех сил старался побороть в себе любовь, — продолжил он так же тихо, — но ты не оставила мне выбора.
Ворвалась в меня. Забрала у меня все, и за это я тебя ненавидел. Я был с ней, потому что искал тебя в других… Но ни у одной из них не было таких веснушек, ни у одной из них не было таких волос и ясных глаз.
Пауза. Его тело прижималось к моему, теплое дыхание касалось моей шеи. Я почувствовала, как трудно ему произносить эти слова.
— Я никогда не умел любить, — сказал он с горечью. — Во мне нет нежности и доброты. Я не верю в чувства, потому что не способен привязываться к людям.
Но если любовь и существует, то у нее твои глаза, твой голос и твои нелепые пластыри на пальцах.
Ригель взял мою руку. Достал из кармана один из пластырей, которые я оставила у него дома, открыл его и обернул кольцом вокруг моего безымянного пальца.
— Это все, что я могу тебе дать. И если ты однажды выйдешь за меня замуж, Ника, все увидят, что ты моя, какой ты и была с самого начала, только незаметно для всех.
Я широко раскрыла глаза, горячие слезы дрожали на моих веках, затуманивая действительность.
Я не могла поверить, что услышала эти слова, не могла поверить, что он их произнес, но моя грудь пульсировала, как будто кто-то только что нанес мне глубокую рану.
Медленно, дрожа всем телом, я повернулась к нему."
"Ригель встретил мой взгляд и ответил на него всем своим существом.
— Ты смотришь на меня глазами Творца Слез, — пробормотал он, — и так будет всегда. Горячая неистовая волна захлестнула мою грудь. Безграничные чувства вырвались из меня, согревая жаром.
Душа наполнилась светом, который никто, кроме него, не мог бы мне дать. По лицу текли слезы. Ригель коснулся моей щеки, нежно погладил ее, и я увидела не волка, а мальчика, который впервые увидел меня на пороге Склепа. Руку, которая не боялась утешать меня в подвале. Руки, которые подхватили меня и обняли, защищая. Лицо, получившее вместо меня пощечину.
Сердце, которое он не решался мне подарить и которое кричало мое имя.
