— Какая у них интересная работа, Билли! — сказала я ей шепотом, восхищенная красотой запечатленных на фотографиях мест. Я смотрела на ее родителей в горах Большого каньона, у подножия пирамиды майя, в ореоле взлетевших бабочек, внутри древней красной кожаной палатки. — Наверное, ты ими гордишься.
Билли охотно кивнула, рассматривая снимки вместе со мной.
— Иногда мы подолгу не созваниваемся, потому что они попадают в места, где нет мобильной связи. Последний раз мы разговаривали четыре дня назад. — Они наверняка очень скучают по тебе.
Билли меланхолично смотрела на фотографию, где родители улыбались. Она погладила ее пальцем, и я почувствовала ее тоску, как если бы сама испытывала ее сейчас.
— Однажды я стану фотографом, как они. Уеду вместе с папой и мамой, и здесь будет висеть наша общая фотография, сделанная на фоне какого-нибудь волшебного пейзажа. Так и произойдет. Когда я вырасту, я окажусь с другой стороны блестящей пленки.
Как же здорово! Я улыбалась, возвращаясь домой пешком.
В душе у меня царил абсолютный покой.
Я возвращалась домой, пообедав у подруги. Нужно ли что-то еще, чтобы почувствовать себя нормальной и ощутить, что я своя в мире людей? Этого предостаточно.
Я прошла мимо школы. Так необычно видеть пустой тротуар. Вдруг мое внимание привлекло какое-то слабое движение. Я подошла поближе ко входу и увидела человека, стоявшего в дверях ко мне спиной, черные волосы из стороны в сторону колыхал ветер. Мне показалось, я знаю, кто это.
— Мики! — позвала я.
Она вздрогнула и резко обернулась.
Футболка с длинным рукавом, застрявшая между створками двери, затрещала и порвалась на плече. Я широко раскрыла глаза, удержавшись, чтобы не протянуть ей руку. Я с ужасом смотрела на разошедшийся шов.
— Мне очень жаль, — пробормотала я в ужасе.
Мики посмотрела на рукав и от досады цокнула языком.
— Просто замечательно… Моя лучшая футболка… — проворчала она.
Я пыталась сказать что-нибудь утешительное, но не успела: Мики прошла мимо, даже не взглянув на меня.
— Мики, подожди, пожалуйста! Мне очень жаль, я не хотела.
Увидела тебя и захотела поздороваться.
Она ничего не ответила, и я пошла за ней.
— Я могу зашить. — Не хотелось, чтобы она вот так уходила. Я знала, что Мики мало кому доверяла. И успела понять, насколько стеснительной, необщительной и скрытной она была, но я не хотела, чтобы она меня ненавидела. Надо исправить ситуацию или хотя бы попытаться. Попытаться…
— Я умею обращаться с иголками и нитками и вмиг тебе ее зашью, если хочешь.
