О, нет! Только ни это!
Лера начала брыкаться, что было сил, но наткнувшись на непреклонный взгляд голубых глаз, замерла, продумывая свои дальнейшие действия.
— Согласен! — Коротко хохотнул. — Давай займемся!
В следующее мгновение он в точности повторил жест Антошки — уткнулся носом в ее шею, жадно втягивая воздух.
— М-м-м, и, правда, ягодкой пахнешь! — Протянул Виктор, с легкой хрипотцой в голосе. — Думал, тогда, во время танца, показалось. Но, нет. Вкусный кукленок!
— Спокойно! — Уговаривала в первую очередь себя.
— Отпустите меня, пожалуйста!"
"Его руки медленно разжались, выпуская ее на свободу.
— Иди уже! А то, глазищи на пол лица от испуга.
Однако идти Лера никуда не собиралась. Да и глаза ее увеличились отнюдь не от страха, а от праведного гнева. Щеки полыхали по той же причине.
— Виктор Сергеевич, внимание! — Щелкнула пальцами прямо у него перед носом. — Говорю лишь раз, и повторять не стану. Цветки этой ягодки опыляет другая пчелка! Понимаете? И ягодка любит ее, не смотря на то, как больно эта самая пчелка порою жалит.
Что до Вас, наши отношения могут быть либо деловыми, либо дружескими. Не более.
Он молчал! Просто завороженно смотрел, и молчал.
Блин! Вообще не слушает?
— Договор частичной занятости конкретно со мной уже подписан, и вступает в силу с завтрашнего дня. — Продолжила, прервавшись на секунду. — Договор с «ИнвестСтройТрест» должен быть заключен до конца недели. Надеюсь, Вы — человек слова. Пожалуйста, не отменяйте все, лишь из-за того, что я Вам отказала. Это крайне…
— Не переживай.
Все в силе.
— Спасибо!
— Как знать, возможно, наступит новый день, и ты поймешь — цветки той ягодки может опылить не только ядовитая пчелка. Бабочка справится с подобной задачей куда лучше. И безболезненнее.
Лера, наконец, двинулась к выходу. У самой двери развернулась:
— Не хочу бабочку. Мне нужна моя пчелка.
— Почему? Что в ней особенного?
— Ее яд — мой личный сорт героина. И от этой зависимости не избавиться. Отравлена навеки.
Терехов присвистнул, неотрывно скользя по ней взглядом.
— Пчелке можно только позавидовать. — Примирительно вскинул ладони вверх. — Так и быть. Считай, я тебя услышал. Работай спокойно. Приставать не стану…до тех самых пор, пока не увижу, что ягодка готова исцелиться.
— Плохо же вы ее знаете.
— Ее — да. Но, очень хорошо знаю человеческую натуру. Рано или поздно, и твоей пчелке захочется отведать другую ягодку.
Черт! Лучше бы он ее ударил!
Глава 24
— Все, Лера! — Станислав Юрьевич громко хрустнул пальцами.
