Ты доиграешься, детка

– У меня тоже… – ласковый шепот задел какие-то струнки в душе, и сердце забилось чаще. – Но до встречи с тобой я об этом не задумывался.

Наглые руки сильнее стиснули мои бедра, и Стас опустил меня на свой каменный член, срывая с губ стон. Стояк мягко, но настойчиво проник внутрь, наполняя меня удовольствием, и я покосилась в сторону мостика, боясь, что кто-нибудь придет.

– Хочешь погреться? – он шагнул вместе со мной к берегу, и, дойдя до деревянных досок, опустил меня на них. Ветра совершенно не было, а теплый воздух нежно щекотал кожу.

Лучи закатного солнышка раскрасили наши тела в нежно-розовый цвет, создавая ощущение нереальности происходящего.

Доски мостика прогрелись за день, и когда я легла на них, слегка обожгли спину.

Стас твердо стоял на песчаном дне, и в лучах заката выглядел греческим Богом. Огромным и мощным идолом, который решил снизойти на Землю. Я не могла насмотреться на него, не отводила взгляда от красивого лица, а сердце болело.

Как можно любить кого-то до самой боли в груди? Очень просто.

Волны удовольствия мягко проходили по телу с каждым толчком мощных бедер, ударяя по струнам нервов.

По венам текла карамель, и постепенно разум затуманился, растворяя мысли как дым.

Горячий член скользил во мне, с каждой секундой все острее ощущаясь внутри, пока тело не выгнулось, повинуясь взорвавшемуся в нем фейерверку чувств. Прикрыла глаза, произнося как молитву родное до боли имя, и, вцепившись в широкие плечи, забилась в спазмах оргазма.

Стас, казалось, только этого и ждал. Уловил момент, когда волны стихли, и парой глубоких фрикций кончил следом за мной, вздрогнув от затопившей тело нежности.

Его взгляд поймал мой затуманенный, и я приподнялась, прижимаясь влажной грудью к его торсу, и ответила на поцелуй.

– Мой…

Глава 39

Каждому человеку, которому ты даришь доверие,

ты даешь в руки нож.

Им он может тебя защитить или уничтожить.

Фредерик Бегбедер

День на заставе тянулся неимоверно медленно.

Хотелось ускорить время, но оно словно резина, поэтому все, что я мог – это пытаться делать вид, что работаю, потому что мысли совершенно мне не подчинялись и жили своей жизнью.

К тому времени, когда я ступил в ограду, за спиной уже развевались крылья, хотелось скорее увидеть Нику, прижать к себе и целовать до тех пор, пока мы оба не забудем как дышать. Я торопливо скинул берцы на крыльце и прошел по пыльным доскам в наш дом.