Дыхание постоянно сбивается, потому что горячие руки и губы исследуют мое тело. Я обожаю чувствовать на себе тяжесть его тела, обожаю, когда его язык рисует узоры на моей коже, когда мы ловим дыхание друг друга…
— Рыбка, у тебя там еще болит? — спрашивает Тим, разводя в стороны мои бедра. Пальцами размазывает влагу по моим складкам, задевает клитор.
Больно?..
— Нет! — не совсем соображая. У меня все там так пульсирует, что о боли я точно не думаю. Выгибаюсь, подставляю себя под его уверенные движения.
— Я аккуратно, — тянется за презервативом к тумбочке.
— С тобой хочу без него, — раздражаясь, когда надевает. Не стесняясь, рассматриваю его немаленький член с крупной головкой.
— Хочешь так рано стать отцом?
— Я бы справился, Рыбка, но тебе еще рано рожать, — нависает надо мной, прежде чем поцеловать в губы, добавляет: — Я еще много раз буду в тебе без резины, но пока не хочу рисковать твоим здоровьем.
Опять он про то, что я еще маленькая!
Все возмущения забываются, когда вместе с поцелуем он толкается в меня.
Сначала неглубоко, растягивает, подготавливает. Дискомфорт есть, но он не мешает мне получать удовольствие.
— Ты такая тугая и горячая… — хрипит Тимур. — Не хочу делать тебе больно…
— Ты не делаешь, — пересохшими от стонов губами.
Царапаю бока и спину Тимура, прошу не сдерживаться. Потому что он останавливается, не дает мне взлететь. Шахов себя отпускает, а я кричу в подушку до хрипоты. Он не оставляет во мне ни миллиметра свободного пространства. Резкие глубокие толчки возносят меня к моей нирване.
Мы одновременно приходим к финишу… растворяемся в объятиях друг друга…
Не знаю, сколько проходит времени, но до конца фильма мы успеваем сходить в душ. Я ухожу к себе в спальню и засыпаю. Вчера из-за стресса почти не спала, а тут меня еще так расслабили…
Просыпаюсь уже вечером. За окном только начинает темнеть.
— А где Тимур? — спустившись вниз, спрашиваю Камиллу, которая пьет какой-то горячий напиток, сидя на подоконнике. На коленях планшет, видимо с кем-то переписывается.
— Тренируется с папой внизу, — кивает на лестницу в углу.
— Я могу спуститься?
— Конечно. Мама и мальчишки тоже смотрят на их спарринг, — улыбнувшись, отвечает мне, но тут же возвращается взглядом к экрану.
— Ты поступаешь по чести, Тимур? — слышу голос Марата, спускаюсь еще на несколько ступенек. — Порядочно с твоей стороны бросить тренера, который в тебя столько вложил? Ты готов подвести команду перед самым чемпионатом? Вряд ли Ксения ждет от тебя таких жертв.
