Ты, как снег на голову (СИ)

Вот так в жизни успешного врача и обычного семьянина появились мужчины и мальчики, и все было бы тихо и тайно, не попадись ему однажды неадекватный парниша. Пара ночей, куча претензий, звонков и обозленный парень выложил все жене Аркадия. Тогда начался его личный Ад. Женщина не смогла ни простить, ни понять. Скандал и увольнение по собственному желанию с работы, громкий и грязный развод, попытки не дать общаться с дочерью. Грязи было много. Бывшая жена, уже имея другие отношения, не ленилась приходить на новую работу Аркадия и вываливать там всем, желающим слушать, грязное белье бывшего мужа-извращенца.

Естественно, с работы приходилось уходить. После года мытарств с одной работы на другую отличный врач, наконец, попал в Усадьбу, да тут и остался. Откровения его жены, рассказанные охраннику на воротах, остались не услышанными. У каждого здесь была своя история.

Откуда всю эту историю знал Андрей? Он был знаком с Аркадием уже пять лет, с тех пор, как попал в аварию, и именно этот отличный врач сделал так, что молодой мужчина не остался хромым.

Он иногда присылал к нему своих друзей, иногда просто звонил. Когда Аркадий пропал из поля зрения, Андрей заволновался и начал искать. У него было мало хороших друзей, а тех, что были, он ценил. Стаховский напряг свою службу безопасности и те вскоре нарыли всю грязную историю, и попутно, нашли пропажу, чуть не ушедшую в запой.

О затяжном недоромане Жеки и Аркадия их начальник узнал случайно. Игорек однажды, после вечеринки для сотрудников, наутро не мог найти ни врача, ни начбеза.

Придя лично к Сигарычу, в приоткрытую дверь увидел чудную картину, и рассказал Андрею. Вот так, после попоек, они всегда оказывались в одной кровати, а затем делали вид, что ничего серьёзного не произошло. Год за годом. Спали с другими, но всегда возвращались друг к другу. Свободные орлы, мать их! Когда уже прекратят дурью маяться? Андрей вздохнул и пошел к себе, высыпаться.

Странный клиент появлялся почти каждую смену Стефана, и так почти месяц.

Он не пытался больше к нему лезть, но и в покое не оставлял. Все время был перед глазами: отдыхал за столиком где-нибудь неподалеку, маячил перед глазами в баре, танцевал. Как же он, зараза, танцевал! Гибко, страстно, и всегда не один. К нему, словно магнитом, тянуло особей мужского пола. Стефана сначала смущал сей товарищ, затем раздражал, а теперь парень заметил за собой, что сам начал иногда отслеживать перемещения своего незнакомца из пруда.