Ты, как снег на голову (СИ)

Это было так привычно, что он просто забыл. У него никогда раньше не было стабильных длительных отношений, и теперь он вдруг понял, что если со Стефаном у него получатся эти самые отношения, то такие мелочи нельзя будет упускать. Так можно, невзначай, обидеть или поставить в неловкое положение близкого человека.

Стефан сел за один столик с Артемом, Жекой и Аркадием, к ним присоединился Миша с женой. Их столик был неподалеку от столика Андрея. Тот хотел пригласить парня к себе, но Стефан покачал головой, показывая, что против этого.

Они видели друг друга, и пока этого было достаточно. Просто Стефан считал, что пока они не разберутся сами между собой, афишировать перед другими свои отношения, смысла нет. Потому что отношений тоже пока нет.

Атмосфера праздника царила в зале. Звучали поздравления и тосты в честь именинника, похвала Грише. Затем наступила очередь концерта-сюрприза. Видно было, что все старались. Здесь были и любимые номера Стаховского из клубного репертуара, и совершенно новые шутливые, сделанные специально для сегодняшнего дня.

Было видно, что Стаховского здесь не только уважают, но и в какой-то степени любят. Артем тихонько толкнул парня в бок, привлекая внимание.

— Пора? — Артем кивнул и парни, постаравшись не привлекать внимание, исчезли из зала. Вот только внимание одного человека они все же привлекли. В шуме и гамме поздравлений и тостов Андрей старался не выпускать своего Дракошу из поля зрения. Когда через десять минут они не вернулись, он занервничал. Андрей встал из-за столика и подошел к Жеке.

— Сигарыч, не знаешь случайно, куда испарились Дракоша с Троицким?

— Скоро будут, Андрей Павлович, — при остальных сотрудниках и Жека, и Игорь Сергеевич, и даже неугомонный Артем называли Андрея строго по имени-отчеству. Тот морщился, но терпел.

— А почему я нервничаю, Евгений Петрович? Что Троицкий задумал и на что подговорил Дракошу?

— Потерпите еще минут пять и все увидите. Терпение!

— Я сейчас Аркадия за валерьянкой пошлю, — проворчал Стаховский, возвращаясь на место.

На сцене пели девушки довольно милую песенку, но Андрея волновало только отсутствие объекта своего наблюдения. Он сел и продолжил благодарно улыбаться, то и дело, оглядывая зал.

Вдруг, сразу после того, как раскланявшись, девчоночий дуэт спустился со сцены, в зале погас свет. Только два тонких луча скрестились на кончике сцены. И раздался тихий голос Артема в темноте.

— Только сегодня и только для нашего дорогого юбиляра. «Искушение».