Ты, как снег на голову (СИ)

Сейчас парень прекрасно понимал, что такого накала чувств, которые он сейчас испытывает к этому конкретному человеку, никогда раньше он не испытывал ни к кому. Он думал, что влюблялся раньше, но то были лишь детские шалости. Нынешнее чувство, словно цунами, сметало перед собой все преграды, все сомнения. Их больше просто не было. Как не было больше и страха, что для Андрея Стаховского он просто увлечение. Даже если отношений не получится, Стефан будет знать и помнить, что испытал в своей жизни такое сильное чувство под названием — любовь.

И для него она больше не выдумка, не сказка. Стефан не готов еще признаться и открыть душу Андрею, но он готов отдать ему себя. Здесь и сейчас.

Прикосновения горячих губ к обнаженной шее вернули парня на грешную землю. Андрей вновь, как когда-то, умудрился уронить его на шкуру своего зверя дизайнерской породы. Стефан вновь зарылся пальцами в длинный пушистый мех. Андрей путешествовал по его телу, снимая последние покровы и метя территорию. «Он еще заурчал бы», — усмехнулся парень, выгибаясь под прикосновениями, как дикий гибкий кот.

Он был уже совсем обнажен и почти заласкан. Сильное движение, и теперь Андрей под его телом. Стефан чувствует каждую мышцу, каждый изгиб. На мужчине только джинсы с расстегнутым поясом. Один сильный рывок и эта деталь туалета улетает в неизвестном направлении. Стефан скользит по гладкому сильному телу вниз, туда, куда его манит и зовет его желание. Ровный розовый ствол манит к себе, просит приласкать. И Стефан уступает ему. Проводит языком по всей длине, вызывая хриплый стон. А затем берется за него всерьёз, заглатывая, посасывая и дразня поцелуями. Андрей поглаживает руками его волосы и спину.

— Стефи-и, хватит, — взмолился Андрей и потянул брюнета к себе. Углубился в рот языком, вылизывая, наслаждаясь. Он снова оказался сверху и тихо спросил, боясь услышать отказ.

— Стаховский, что же ты такой сегодня не решительный? Из нас двоих только ты знаешь, что надо делать. Действуй, давай, — глаза зеленоглазого искушения блестели.

Стефан облизнул пересохшие губы, и это движение острого розового языка сорвало чеку у Андрея. Он протянул руку и достал где-то из-под подушек смазку и презерватив. Первые влажные касания, первое проникновение чужого пальца не вызвало особо приятных чувств, но и совсем отрицательных тоже. Второй палец, третий, горячая волна потихоньку наполняет тело, укачивая и играя. Касание нужной точки, и вот он — первый всплеск наслаждения.