Ты меня (не) купишь

Куски блузки и бюстгальтер опускаются где-то у моих ног. Прихватив мочку моего уха зубами, Чеховской прижимает меня грудью к стеклянной стене и задирает юбку. Соски так затвердевают от желания, что вот-вот заскребут по холодной поверхности.

Меня будоражит прохладная вода, бьющая сверху. Не дает телу закипеть, загореться. Внутреннюю сторону бедра обжигает натянутым кружевом рвущихся трусиков. Пальцы Чеховского уверенно проникают промеж моих ног, и я закусываю губу. Глаза невольно закатываются, голова запрокидывается назад.

Эгоист. Циник. Убийца. Просто опасный зверь. Но он – все, что мне нужно. Без него я стаю, испарюсь, исчезну. С ним – воскресну, расправлю крылья и взлечу.

Я насаживаю себя на его пальцы и замираю, протяжно выдохнув. Второй рукой он мнет мою грудь, зубами скребя по шее. Перед моими глазами вспыхивают салюты. Уши закладывает. Я больше не слышу шума воды. Только его хриплое дыхание и шепот:

– С тобой сгорю, детка…

Рывком разворачивает меня к себе, толкает к стене, лихорадочно расстегивает ремень и ширинку брюк и опять подхватывает меня под бедра.

Вдалбливается в меня так, словно это наш первый и последний секс. Я выкрикиваю его имя, ногтями впившись в крепкие мужские плечи. С ума схожу от его метких, яростных толчков. Собственного тела не чувствую. В кулаки собрав ткань его мокрой майки, тяну ее в стороны, не сдерживая ни единого стона наслаждения.

Пусть завтра обо мне поползут сплетни. Пусть я стану шлюхой в чьих-то глазах. Пусть меня настигнет судьба изгоя.

Пусть меня будут ненавидеть и осуждать, как Еву. Но жить я хочу и буду так, как желает мое сердце! Это моя жизнь. Моя и Ромы. Плевать, что о нас будут говорить. Отныне я буду ловить кайф от каждого прожитого мига. Независимо от пролитой крови. У всех свой путь. Мой – идти рука об руку с Романом Чехом, куда бы нас не занесло.

Я смогу, я научусь, я справлюсь. Я оживу. Узы, которые связали нас, сильнее уз брака. Я люблю его, и для подтверждения моих чувств не нужно подвенечное платье.

На свадьбе больше двухсот человек. Ася расстаралась, чтобы и итальянцы прилетели, и друзья Фазы, и все родственники Чеховских-Асмановых. Только Люковых нет. Егору сложно. Парень несколько дней назад встал с инвалидного кресла и сейчас учится заново ходить. Фаза и Лучиана собираются навестить его в своем медовом месяце. А Влад и Ева тактично свалили на следующий день после приезда. Фаза все-таки пожал Люкову лапу и сказал, что больше не держит на него зла.