Ты меня (не) купишь

Посмотрю я потом, как ты запляшешь, когда опять будешь себе из заграницы шелковые платочки заказывать.

– Степ, что ты такое говоришь? – с обидой выговариваю я. – Ты делаешь мне больно. Я никогда не упрекала тебя в деньгах.

– Да у тебя на лице все написано! Короче иди на хер, Дашка! Один поеду! – Он выхватывает у меня розу, сминает ее лепестки и выбрасывает в мусорную корзину. Зло взглянув на меня, выметается из кабинета и хлопает дверью так, что окна сотрясаются.

Я вздрагиваю, растерянно глядя на дверь. Всего ожидала, но такого… Сейчас даже не могу оправдать его.

За год пора бы оправиться от травмы и свыкнуться с тем, что как раньше уже не будет! Но я-то тут при чем? От досады уголки глаз начинает щипать. Сегодня явно не мой день.

Я обдуваю лицо ладонями, чтобы не разреветься. Глубоко вдыхаю, собираю сумку, выключаю компьютер и беру плащ. Когда выхожу из школы, вижу, что наша машина все еще стоит на парковке. Степа сидит за рулем, ждет. Знает, что я собачонкой за ним побегу, лишь бы он не обижался.

Но чем я провинилась? Может, это карма? Не стоило мне думать о Чеховском и переступать границы дозволенного. Или Степа всегда таким был, просто я не хотела этого замечать?

Выхожу за ворота, и он заводит машину. На непослушных ногах доплетаюсь до нее, открываю дверь, но не сажусь.

– Маме привет передай, – говорю Степе. – И извинись за меня.

– Не делай так, Дашка, – цедит он. – Пожалеешь.

– Может быть, – пожимаю я плечами. – Я правда не могу поехать, Степ.

Он наклоняется, берется за ручку и дергает дверь на себя, таким образом окончив наш разговор.

С ревом трогает машину с места, резко разворачивается и выезжает на дорогу. Я провожаю его взглядом, чувствуя себя страшно одинокой грешницей. Я только что сделала выбор не в его пользу. Впервые за десять лет настояла на своем. И что-то мне подсказывает, что треск, который я слышу, – это начало конца.

Это начало конца для паскуды, присунушей моей племяннице. Напрасно думает, что я приду в восторг от активности его сперматозоидов.

Хер с корнем вырву и сожрать заставлю. Все ребра переломаю. Шею сверну. И тушу поганую свиньям скормлю.

Фаза возвращается в клинику только после обеда. Привозит кое-какие вещи для нас с Арти, наши телефоны, ноутбук и обед. Первым делом я проверяю мессенджер, но сообщение от Бабочки удалено.

Мать твою! Ну что же ты такая нетерпеливая, Дарья Николаевна?! Похоже, в сладких грешках призналась, раз резко передумала, явно сочтя меня уродом.