Ты мое счастье

Богдан очутился в нашей прихожей, которая вдруг резко будто сузилась в размерах. Стало жарко. Пряный древесный парфюм, от которого подгибаются коленки. Я не видела Волкова почти все лето. За это время Богдан где-то здорово загорел, немного похудел и словно осунулся. Глаза красные, как после бессонной ночи. Я даже забеспокоилась о его самочувствии.

– Привет, Майя! – Парень улыбнулся и привычным жестом взъерошил выгоревшие на солнце волосы. Волков казался смущенным и тихим. Будто его подменили.

– Привет, – пролепетала я.

Из кухни доносился умопомрачительный запах свежей выпечки. Слишком долго я провозилась с этим несчастным печеньем по маминому рецепту, который достался ей от какой-то прапрапра…

– Ты выросла за лето, – сказал Богдан, тут же отвел взгляд и наклонился, чтобы расшнуровать кеды.

– Спасибо, – без особого энтузиазма отозвалась я. «Выросла за лето». Будто мне по-прежнему тринадцать. Я вообще-то уже в институт поступила в этом году. «Повзрослела», «изменилась», «похорошела»… Столько более подходящих и приятных слов.

В конце концов, Анаит потратила целый час на мою небрежную укладку и симпатичный естественный макияж! Что же это получается, все старания насмарку? Явно озабоченный чем-то, Богдан снова скользнул по мне быстрым взглядом и стянул джинсовую куртку. А чего я ждала? Что Волков с порога бросится в мои объятия с признаниями в вечной любви? Я даже незаметно нахмурилась оттого, что такая мечтательная дура. Нет, конечно, он не обязан отвешивать мне комплименты. Но и его «выросла за лето» не прокатит. Будто я трава сорная за забором…

– Традиций нарушать не будем. – Богдан полез в черный спортивный рюкзак и достал оттуда коробку зефира в шоколаде, который просто обожал. И почему-то считал своим долгом в каждый свой приход угостить меня этим лакомством. Словно я маленькая, не обойдусь без «гостинца». Я к сладкому всю жизнь была равнодушна, а этот зефир и вовсе мне казался очень приторным, но все же всегда с радостью принимала из рук Волкова этот десерт. И уплетала его потом при нем за обе щеки как миленькая.

На что только не пойдешь ради любви. Вот и сейчас бережно прижала к груди коробку с зефиром.

– Спасибо, – снова кивнула я.

В коридор вышел Витька. Одарил меня ядовитым взглядом (он-то мой, пусть и естественный, но все-таки марафет не оставил без внимания), пожал руку Богдану и кивнул на дверь своей комнаты. – Пошли! Я там операционку переустанавливаю… Майка, поставь нам чайник, пожалуйста.

Богдан первым прошел в комнату брата.