Ты мое счастье

– Да что с тобой? – Ужаснувшись бестактности Волкова, я пихнула его локтем под ребра.

– Прости, я так устал и жрать хочу, это, наверное, нервное, – шепотом принялся оправдываться Богдан.

Но Светлану Матвеевну нахальство Богдана ничуть не смутило. Пока суп грелся на плите, женщина нарезала кубиками свежие огурцы и большими ломтями хлеб. От запаха супа у меня даже слюнки потекли.

Когда перед нами поставили две горячие тарелки, мы тут же, толком не дуя, обжигая губы и язык, накинулись на еду. Будто вечность не ели.

Светлана Матвеевна оказалась не очень разговорчивой. Не спрашивала, кто мы, откуда, с какой целью путешествуем и как оказались в деревне. Оттого я смущенно в тишине стучала ложкой по тарелке. А Богдана вообще ничего не смущало. Он с упоением ел суп, хрустел огурцами, редисом, а потом еще и добавку попросил. Хозяйка налила ему еще пару больших половников супа. А я все не сводила взгляда с бутылочек. Интересно, а Светлана Матвеевна готовит только лекарственные настои? Может, в ее силах сделать приворотное зелье? Мне бы оно не повредило.

Тогда одна большая проблема по имени Богдан, которую я не могу разрешить вот уже девять лет, быстро бы улетучилась. Конечно, спрашивать о привороте я не буду. Неудобно. По крайней мере, точно не при Богдане. Он же меня на смех поднимет. Волков, к тому времени доев вторую тарелку супа, все-таки смог немного разговорить хозяйку. Узнал, сколько она возьмет с нас за ночь, разведал, где в Юрьево ближайший и, как оказалось, единственный магазин.

Поужинав, мы отправились в ту самую комнату в пристройке.

– На улице лето, но здесь в августе по ночам уже прохладно, – сказала Светлана Матвеевна, бросив на небольшой топчан со старым матрасом белую простыню и пару пуховых подушек. Топчан был таким узким, что я даже не представляла, каким образом мы с Богданом тут вдвоем поместимся. – Будете жаться друг к другу – согреетесь.

Мы с Богданом растерянно переглянулись.

– Крыша прохудилась, – покачала головой Светлана Матвеевна.

 – Уж сколько жду сына из города, чтобы залатал.

– Может, вам помочь? – спросил Волков.

Я хмыкнула. Это ему не стихи со сцены декламировать. Светлана Матвеевна, кажется, впервые за весь вечер улыбнулась. Улыбка у нее была доброй. На морщинистых щеках тут же обозначились ямочки.

– Высыпайтесь, помощники. Мы здесь рано встаем. У меня на заднем дворе петухи, курочки, индюки. Туалет, умывальник – на улице. Там же, в огороде, душ летний.