Ты – Моя Надежда

Та еще сучка, ― разоткровенничалась Юля.

Алиса молчала. Во-первых, не хотелось опускаться до обсуждения новой любовницы мужа с его бывшей любовницей. Аж смешно, честное слово. С другой стороны, она понимала Юлю. Если Алиса сделала верные выводы и Юля действительно любила Баринова, а не просто была с ним из-за денег и теперь жалела об упущенных возможностях, что давала связь с Русланом, то Алисе как никому были знакомы ее чувства. Быть променянной на кого-то другого ― убийственно больно. Врагу не пожелаешь.

– А знаешь, мне он брюликов не дарил. И уж тем более на мою раскрутку денег не давал. Мне он только изменял, ― после некоторого раздумья хмыкнула Алиса.

– Он ее бросит, Алиса. Даже не сомневайся, ― заявила Юля с явной уверенностью. ― У него были женщины и поумнее. Та же Света ― прокурор, или судья. Так будет и с этой сучкой. Хоть она, наверное, себе уже золотые горы намечтала.

– Какой прокурор? Судья? ― спросила Алиса, она не знала этих женщин.

– Ой, а ты не в курсе? Прости, я думала, ты знаешь. Там громкий скандал был, ― Юля удивилась неосведомленности Алисы. В городе все об этом знали. Баринову тогда совсем не сладко пришлось ― выбираться из этой непростой ситуации. Обошлось она ему недешево.

– Расскажи.

– Слушай, Давай, не буду, ― замялась Юля.

– Нет, говори! ― потребовала Алиса.

Алиса внимательно слушала, пока Юля рассказывала во всех подробностях об отношениях Руслана и Светланы, а также о романе с городской судьей Людмилой, про поднявшийся после этих интрижек скандал.

– Алиса, прости. Наверное, неприятно слушать такое про собственного мужа. Я что-то увлеклась, не подумала. Это сплетни, которые я слышала. Может, оно совсем и не так все было, ― оправдывалась Юля.

– Юля, а ты можешь меня свести со Светланой? С прокурором? ― наконец-то вымолвила Алиса.

– Я могу, конечно же, попробовать контакты найти. Но зачем тебе это? ― встрепенулась Юля. Голос Алисы прозвучал слишком… Юля даже не могла определить, как именно. За все время знакомства с Алисой она не видела ее такой. Натянутая как струна, сжатые в кулак пальцы, побледневшее, искаженное лицо, стеклянные глаза. От ее взгляда и тона у Юли побежали мурашки по всему телу. От ужаса.