Как пес на сучку стойку делаю. Еще секунда - взорвусь.
- Вода смывает смазку, - заявляешь ты сквозь стон, ерзаешь, пробуя отодвинуться, но только сильнее вжимаешься. - Будет больно. Даже проникнуть не выйдет. Вот о чем говорилось в статье.
Пора завязывать с болтовней.
- Нет, Тимур, нельзя!
-Аты пробовала?
- Нет, но...
Я насаживаю тебя на свой воспаленный от дикой жажды хер. Нанизываю на член как на нож.
Нежно и медленно, но так мощно, что ты захлебываешься воплем.
- Было больно? - оскаливаюсь.
- Н-нет, - роняешь пораженно.
- И не будет, - обещаю. - Хотя ты заорешь. Громко. Очень громко. Сорвешь голос. Но уж точно не от боли. Клянусь, ты свое имя забудешь. Не только все эти дебильные статьи.
Я сминаю твои ягодицы. Щипаю. Заставляю тебя вскрикивать и прогибаться, отзываться на каждое движение.
Толчок. Еще толчок. Глубже. До самой сути. До нутра.
- Ты же в курсе, какая ты одурительная? - рычу.
- Нет.
Подаешься вперед и прикусываешь мою нижнюю губу. Показываешь зубы. И черт, я это ценю. Потом скользишь языком по следам от захвата, просто зажимаешь между губами.
Не целуешь, а ласкаешься.
- Жаркая, - в твой рот выдыхаю. - Тугая. Тесная. Упругая. Внутри будто бархатная. Нет, как из шелка. Но держишь цепко. Ты горячее пекла, а умудряешься затягивать в рай.
Каждое слово - новый толчок. Рывок вперед. Вхожу до предела. Выгибаю твое тело. Оборачиваю вокруг себя и трахаю.
Ты стонешь. Всхлипываешь. Кричишь. Дрожишь и разбиваешься в моих руках, на части раскалываешься. Ногтями царапаешь плечи, раздираешь кожу до крови.
Да, черт раздери. Давай. Дари мне свой огонь. Страсть. Похоть. Любовь. Все твои эмоции хочу сожрать. И тебя саму заодно. Обглодать до костей, но сперва вылизать. Везде, даже в самых запретных местах. Все забрать. Без остатка.
Мой член растягивает тебя. Ходит как поршень. Яйца печет от ощущения того, как сильно ты течешь на моем органе. Наливаюсь свинцом. Плавлюсь.
Мозг отрубается. В хер утекает.
Девочка моя. Какая же ты.
Моя, моя, моя.
Никогда не молился ни Богу, ни Дьяволу.
Ждал, пока ты придешь. Только перед тобой я всегда на коленях. А как еще обращаться с идеальной женщиной? С той, что стала моей судьбой. Явилась и убила наповал. Единственным выстрелом.
- Тимур, - шепчешь. - Тимур!
Вспыхиваешь и сгораешь. Ловишь ритм. Отвечаешь на мои толчки. Содрогаешься и застываешь. Но я чувствую твою дрожь. Там. Внутри. Тугие стенки сдавливают хер гораздо сильнее и крепче. Выдаивают.
- Ты первая, Вероника, - бросаю я.
