- Но силу кланов никому отрицать нельзя. Каждый из нас следует законам. Иначе наступит хаос.
Я должен быть дипломатом. Должен соблюдать хладнокровие. Будущий политик. Министр. Президент, блять.
Ну чем дьявол не забавляется? Кто в курсе куда кривая выведет?
Только нет настроя растягивать беседу. Наоборот. Сворачивать надо. Готовиться к вечеру. Есть одна попытка. Второго дубля не будет. Снимаем вживую.
- За последние годы эти законы менялись столько раз, что черт разберет, по каким традициям мы в новом сезоне живем, - бросаю прямо.
Они отлично знают о чем я. Перекраивают свои империи. Делят серьезную власть. Пресекают грызню мелких сошек. Я к ним не лезу, а они пусть не лезут ко мне.
- Есть вещи, которые никакая война не изменит, - чеканит Дудаев. - Есть законы, которым должны подчиняться все.
- Мы заключили договор, - заявляю. - Я дал гарантии верности. Вы же пообещали мне право сохранить нейтралитет. Все честно. Так что изменилось?
-Договор придется разорвать.
Какого хрена?
- Я предлагаю пропустить эти скучные детали, - подключается Ахметов.
- Давайте пройдемся по сути.
Кулаки сжимаются от такого поворота. Я старое дерьмо не разобрал, а новое уже на подходе.
Резьбу рвет.
- Мы знаем, кого ты ищешь, - продолжает Ахметов. - И мы готовы его тебе подарить. Прямо здесь и сейчас.
Я напрягаюсь в момент.
Откуда могла такая информация вылететь? Как много фактов успело протечь наружу? Что именно дошло до вожаков?
Муторно становится, когда представляю, будто им известна хоть малая часть. Гребаный насильник.
Чертов кукловод. Чью именно башку предлагают на блюде? Может, две сразу оптом пойдут?
- Шараев уже у меня, - решаю сыграть наугад. - Он выдаст своих подельников, стоит лишь немного прижать.
- А причем тут эта мелкая сошка? - хмурится Дудаев.
- Я за Кайзером охочусь.
Не лгу. Король-королек. Так его Резник назвал. Считает себя самым главным, мастерски устраивает спектакли. Прозвище вполне подходит.
- Я не слышал, чтобы твоего главного врага так называли, - бросает Ахметов и смотрит на меня так, будто пропускает через полиграф.
- Не скажу, что он главный, - хмыкаю. - Один из многих. Я избавляюсь от мусора по мере сил. Люблю в чистоте жить.
- Занятно.
- Не спорю.
- Я думал, возврат кровного долга на первом месте. Но с учетом того, насколько ты оторван от нашего мира и родных корней, допускаю, убийца твоей матери не так уж важен.
- Зря ты тронул эту тему, - цежу. - Не надо марать святое, чтобы опять впутать меня в клановые разборки.
