– Что же ты творишь, сын? – «сын». Ну да. – Она же совсем девочка была ещё. Мне как теперь людям в глаза смотреть-то?
– А тебя только это волнует? Что о тебе скажут, да? И, кстати, ей уже было восемнадцать. – скручиваю самолётик из одного из листков, что отец швырнул в меня, и запускаю ему прямо на стол. Точное попадание. – Я спрашивал.
– До или после, позволь поинтересоваться? – ехидничает, а самого аж трясёт. Ну вот и хорошо, говорят, иногда стресс в пользу. Тренировка сосудов и всё такое.
– Во время.
"
"Надоело. Этот трындёж можно слушать бесконечно, а у меня репетиция через час. Поздно уже мне морали читать. И воспитывать поздно. Надо было самому этот процесс контролировать, а не спихивать на тех, чьей целью было сделать из маленького ребёнка робота. Ещё и платить за это с такой щедростью.
А теперь всё. Аривидерчи, папаша. Крыша съехала и накрыла собой слишком многих. В том числе и Принцессу. На ней, кстати, окончательно и съехала. Блядь.
Глава 52.
Дни тянутся так медленно, что кажется, будто жизнь остановилась.
После того жуткого позора, в который меня окунули родители, прошло только пять дней, а кажется, будто целая жизнь. Мне ничего не хочется, учёба не идёт, скрипка вызывает отвращение, она так и лежит в машине на заднем сидении. Бесконечная апатия.
Родители пытались читать мне нотации о том, как я их подвела, как опозорила, взывали к совести и чести. Всё никак не могли понять, что такого случилось с их идеальной девочкой, в какой момент она из послушной, которой они могли гордиться, вдруг превратилась в ту, в которую превратилась.
Но потом они поняли, что я их попросту не слушаю. Иногда встаю прямо во время очередного «вливания» и ухожу к себе. И если папа ещё как-то пытается создать хотя бы видимость спокойного общения, то с мамой разговаривать совершенно невозможно. Я ещё и осталась виновата в том, что она потеряла новую подругу и теперь не только разочарована во мне, но и совершенно одинока.
Они сказали, что теперь я ночую только дома, никаких ночёвок у Карташовой, никаких гулянок в клубах и с друзьями.
Я вроде как наказана. Институт-дом-музыкальная школа. Можно подумать, я когда-то жила иначе.
От Миксаева ничего не слышно. Он, как и всегда, держит слово. Только в этот раз я совершенно этого не хочу. Да, именно так, Лера, он научил тебя признаваться в собственных желаниях. Потому что с ним можно.
Сегодня вечером Машка прислала мне аудиофайл и ссылку на обсуждение в соцсети.
