Ты не узнаешь о сыне

— С каких пор я стала здесь простым сотрудником?!

— С тех самых пор, как стала доставлять мне массу проблем, Камилла.

Она выпрямилась, без труда уловив мой намек, и возмущенно фыркнула:

— Если ты не забыл, у моего отца двадцать пять процентов от активов вашей фирмы. Ты не можешь просто взять и выкинуть меня, как ненужный мусор.

— Ну подобных планов у меня нет, — заверил я, прищурившись, и добавил жестко: — Пока что.

— Я не понимаю… — она недоуменно захлопала ресницами, сбавив обороты. — Что изменилось? Это из-за твоей истеричной женушки?

— Выбирай выражения, Камилла.

Она метнула на меня яростный взгляд. В этом вся Камилла. Считает, что каждый мужик должен преклоняться перед ней, как перед богиней, а если он вдруг срывается с крючка, то он…

— Ты скотина, Рус.

Ожидаемо.

— Как угодно, — холодно улыбнулся. — Можешь нажаловаться на меня мужу, своему отцу, моему отцу.

— Ты просто испугался, Рус. Впрочем, как и всегда, — слова прозвучали как вызов. — Главное потом не пожалей о своем решении. Жаловаться я никому не собираюсь.

Гордо расправив плечи, она вышла за дверь. А я со вздохом откинулся на спинку кресла. Надо признать, в последнее время Камиллы стало слишком много в моей жизни. Так что я все сделал правильно, и ни о чем жалеть не собирался. Пусть выносит мозг моему брату, а не мне.

Набрал секретаря по селектору и без предисловий рявкнул:

— Анастасия Николаевна, в моем кабинете не должно быть посторонних в мое отсутствие. Это ясно?

— Д-да, — растерянно отозвалась она, и я отключил связь.

Через минуту дверь неуверенно приоткрылась и сквозь проем просочилась сама секретарша. Бросив на меня неуверенный взгляд, она залепетала:

— Руслан Александрович, это и меня касается?

— Нет, — ответил коротко.

Анастасия не спешила уходить. Медлила, будто не решаясь сказать мне что-то еще.

— Что? — поторопил ее строго.

— Камила Романовна… она в общем еще находилась в приемной когда вы сообщили мне об этом.

— И? — невозмутимо выгнул бровь.

— Эм, ничего, Руслан Александрович. Просто хотела поставить вас в известность, — смутилась она и быстро выпорхнула за дверь.

Многие привыкли, что у Камиллы здесь был негласный статус неприкосновенности, которым она без стеснения пользовалась. Борис в свое время постарался.