Ты не заставишь меня

Но, клянусь, я видела ее полет как в замедленной съемке. И в какой-то момент решила, что предназначена эта пуля именно мне, что я не успею увернуться, не успею признаться…

Надя прижала ладони к животу, дернулась, и завалилась на грязный, подтаивающий снег. Редкие прохожие начали разбегаться, напуганные негромким из-за глушителя выстрелом. Демьян побледнел, и начал идти к нам.

Ко мне и к Наде. В которую выстрелил. Ради меня. Вернее, ради нашего ребенка.

Или, все же, еще и ради меня?!

Не знаю, как в моей голове умещается все это.

Много мыслей, много наблюдений, и все это – лишнее. Надя прохрипела что-то бессвязное, и зашептала:

— К животу… одежду прижми, прижми скорее… двигать нельзя… скорую…

— Алина, как ты? – Демьян скинул пальто, затем свитер и футболку. Вокруг снег, грязные сугробы, зима. И он с голым торсом. Впрочем, пальто он накинул, присел перед Надей, убрал ее руки от раны и прижал свою футболку к ее животу. — Алина, очнись! Иди, и заводи машину.

… он выстрелил в Надю.

Не в меня.

— Алина, ты сможешь, – на удивление мягко произнес Демьян, и я смогла выбраться из тихого ужаса от выстрела. Вздрогнула, и встала на ноги. — Иди к машине, нам нужно в больницу. Ты поведешь.

— Она сказала, что ее нельзя двигать.

— Она умрет, если ее не отвезти. Давай же! – повысил Демьян голос, и я пошла к машине сквозь загустевший, мешающий мне двигаться воздух.

Позади раздался шум – как раз когда я дошла до машины и окончательно пришла в себя. Не время поддаваться страху.

Не время! Хотя чувствам своим этого не скажешь, и на мгновения передо мной пролетали воспоминания, встревоженные выстрелом.

… как на спине Демьяна расцветает кровавый цветок от пробившей кожу пули.

… как из шеи Волынова хлещет кровь.

… как Демьян целится, и я прощаюсь со своей жизнью, и с жизнью нашего малыша.

— Алина Руслановна! – услышала я выкрик Максима, а следом и Марат:

— Алина. Демьян, ты…

— Хватит! – я обернулась.

Демьян держит Надю на руках, он застыл, не двигается, сейчас он уязвим и безоружен – с раненной, умирающей женщиной, которую нужно бросить, чтобы воспользоваться оружием.

А у Максима и Марата в руках оружие, за их спинами еще двое мужчин, имена которых я так и не сумела запомнить.

Где же вы раньше были? Почему не защитили, когда нужно, зато сейчас готовы выстрелить Демьяну в спину?!

— Я цела, скоро вернусь, – отрезала я. — Можете остаться здесь, либо отправьте машину сопровождения. Я не в опасности.