Ты не заставишь меня

— Алина, отец – я?

— Мой папа убил твою семью? – прошептала я, не ответив на вопрос Демьяна. — Надя правду сказала?

— Да, по его распоряжению. Ребенок мой?

— Твой. Конечно, он твой, – растерянно ответила я, и вскинулась – как Демьян может думать, что я забеременела от Марата?! — Если хочешь, можем сдать анализы, Демьян, я не против. Ребенок от тебя!

Лицо Демьяна неуловимо изменилось. Я так и не поняла – смягчилось ли оно, или наоборот. Он обхватил меня за плечи, и заставил отойти к стене. Прикоснулся, заправил выбившуюся прядь волос за ухо, и приподнял мое лицо за подбородок.

Сердце гулко забилось в грудную клетку. Может… может, все же, есть крохотный шанс на то, с чем я успела мысленно попрощаться? На счастье?

— Ты веришь?

— В то, что ребенок от меня? Да, в это я верю. Ты ранена, – Демьян прикоснулся к моей шее, и я вспомнила, а затем и почувствовала легкую боль от неглубокого разреза скальпелем. — Сейчас я отведу тебя к врачу, а затем мы поговорим.

Глава 30

ДЕМЬЯН

Посмотрел на часы. Потом на двери кабинета.

Долго она там.

Сижу и подошвой выстукиваю ритм по полу, в нетерпении считаю секунды. Туда-сюда бегают врачи, в больнице сейчас две женщины – и каждая мне по–своему дорога.

Не выдержал и поднялся.

Дойти до реанимации и поймать кого–то из местных лекарей, либо заглянуть в кабинет, который вот он – руку протяни.

Дело не только в расстоянии, я степень важности для себя в этот момент определил, шагнул и толкнул дверь.

Алина сидит на кушетке, рядом валяется мятая черная блузка. Белье на ней тоже черное, врач стоит рядом и ее шею заклеивает пластырем.

— Демьян, – она машинально подняла руки к груди, прикрываясь. — Закрой двери. Там же люди.

— Ну что? – посмотрел на врача.

— Все в порядке, рана неглубокая.

Мужик в белом халате отошел от нее к раковине и сполоснул руки.

— Жить будет, – улыбнулся он.

— А ребенок? – вдвинулся в кабинет. — Она беременна. Нужно обследование.

— А меня спросить? – Алина торопливо накинула блузку, длинными пальцами схватилась за пуговку. — С ребенком все хорошо.

— На ночь останешься в больнице, – отрезал. Поймал ее взгляд – Коваль отвыкла совсем. Командам подчиняться.

Но речь ведь не только о ее здоровье.

Она моего ребенка носит – в голове до сих пор не укладывается, первая мысль – надо бежать за цветами. И фруктами.

Что еще дарят будущим мамам?

Я так давно на этом свете один. Что бросать цветы к ногам этой женщины буду, я на все готов.

— Выходи, – посторонился, и Алина прошла в коридор.