Ты не знаешь о дочери

Я ощутил ту же боль, что в школе, когда пытался её поцеловать, а она отказывалась…

Но теперь надо держать марку и свои странные никому не нужные горькие чувства при себе.

— Хорошо, извини… — ответил я. — Больше не стану. Я просто хотел поддержать. Ты в самом деле тут останешься?

— Да. Вдруг Оля ещё раз очнётся.

— Врач же сказал, что сегодня уже не пустят.

— Всё равно останусь.

Я вздохнул. Понимаю её желание и отчаяние, хоть и оставаться тут бессмысленно. Но сейчас ей этого не объяснить."

"— Ром… А если найдут какую-то болячку? — спросила она, и снова запллакала, закрыв лицо руками.

А я нарушил уговор, который только что дал ей — прижал её к себе и хотел пожалеть.

Какое-то время она всхлипывала на моём плече, но вскоре снова отстранилась.

— Не надо… Не трогай, — тихо сказала она. — Будет больно.

— Кому?

— Нам.

— Почему?

— Сам знаешь почему…

Мы сели по разным сторонам лавки больничного коридора и на какое-то время замолчали.

Мне уже больно. Пару объятий с Рыжей снова превращают меня в наркомана, которому нужна доза Рыжей.

Это пройдёт?

— Ты хотя бы перекуси, кофе попей, — сказал я ей, вставая с лавочки. До ночи тут куковать, что ли… — Тут был внизу буфет, я заметил вывеску.

— Может быть, — отстранённо ответила она, и я понял по ответу, что туда она не собирается, и о еде думала меньше всего. Но ведь такими темпами её положат рядом с дочкой — потому что она как и Оля потеряет сознание от истощения и нервного напряжения вперемешку с голодом.

Значит, мне придётся возвращаться сюда в обед, чтобы она поела, и вечером, чтобы увезти её домой. Мог бы я этого не делать? Мог бы, ведь Катя мне никто… Но я хочу.

— Что ж, я тогда поехал… — сказал я ей. Катя продолжала упорно смотреть в стенку, и я уже стал переживать за её рассудок… — Дела никто не отменял.

— Конечно… С-спасибо, Ром, — отозвалась она, на миг посмотрев в моё лицо. — Ты скажи Петру Сергеевичу, что я пока с дочкой буду. Пусть не сердится. Не могу я уехать отсюда, не несут ноги.

— Я договорюсь насчет этого, не переживай, — ответил я. Я и сам планировал оформить отпуск для Кати — в её состоянии какая работа могла бы быть? — Ты звони если что, ладно?

— Лада будет против, — ответила она.

Да, будет.

— Я лучше Петру Сергеевичу позвоню, если что-то понадобится.

Но я хочу чтобы Рыжая позвонила мне…

Да, понимаю, что мысль дебильная, и вообще — откуда она в моей голове?

Но хочу.

— Да… Или так. Ну, я поехал.