Ты отдашь все!

Мы еще удерживали его, говорили, что ты, мол, здесь и так все имеешь – квартира есть, машина, работа, – а он только улыбался и говорил, что там он не будет простым таксистом и грошей у него будет гораздо больше. Вот и все!

– Он не упоминал о том, где он собирался там жить?

– Нет, не говорил. Не любил, когда мы его расспрашивали, мы и перестали. Зачем, если человек не хочет говорить?.. Мы еще спрашивали поначалу – куда он девает деньги? Он не любил их тратить, мы удивлялись, спрашивали – может быть, ты копишь на что-то? Он тогда сказал, что отправляет их в Россию, чтобы потом получить больше.

Мне надо идти, извините, – посмотрел он на часы. – У меня выезд.

Он подал мне свою огромную руку, я с некоторой опаской протянула ему свою, он откланялся и ушел. Мне оставалось только поехать в представительство Люфтганзы и купить билет на ближайший рейс в Москву.

В салоне самолета я предалась размышлениям. Итак, в Германии мне все же удалось узнать довольно-таки много. Но самой полезной, похоже, все-таки оказалась беседа с Горячим, который, похоже, действительно последним разговаривал со своим братом по телефону.

Не считая, конечно, убийцы: тот, по всей видимости, находился в этот момент с Левой рядом. Никаких сомнений в том, что вздорный Марков вовсе не поссорился с какими-нибудь горячими кавказцами, – как предположил жених Ларисы Лиманской, и убийство не было случайным, – у меня не осталось.

Оставалось вычислить этого таинственного «Са...» Первый человек, о котором я подумала, – Антонина Саврасова! Но ведь она – женщина.

.. Неужели Марков стал бы разбираться с ней через Горячего? И какие дела могли их связывать, тем более, денежные? И как она его подставила бы?"

"С другой стороны, именно Саврасова выглядела самым реальным лицом, кому Марков мог перечислять деньги. А алиби ее, кстати, заключалось лишь в том, что она болела, сплавив сына к матери. Видимо, придется мне еще раз все это проверить.

Теперь, еще один момент: что это за дело, которое так привлекало Маркова в России? Неужели некий «бизнес» организовала Саврасова? Слабо верится! А то, что он явно рассчитывал на какой-то прибыльный бизнес, было очевидно.

Но тут я вспомнила еще один момент. Подвыпивший Марков говорил, что он продал свою жену за большие деньги. Неужели это – некая метафорическая трактовка обстоятельства его ухода от Лиманской к Саврасовой?

В голове у меня зазвучали слова Марины Заботкиной о том, что Марков похаживал к Ларисе и после развода, а потом вдруг перестал.