Ты предатель, папа!

Картинки, замелькавшие перед глазами, вызывали тошноту.

– Давай сделаем так. Я поднимусь сейчас туда и… – осеклась, не зная, как продолжить.

Я поднимусь, чтобы убедиться в том, что мой муж мне изменяет? А потом позову тебя и мы… Сделаем что? Выставим его за дверь? Как вообще это происходит в семьях, где мужчины не могут удержать своё хозяйство в штанах? И не просто ложатся в постель с другой, но ещё и выбирают для этого одного из самых близких людей семьи? Снова захотелось застонать от понимания, что Лев спал не с кем-нибудь, а с Аллой.

И как часто у них это происходило, да ещё и в нашей квартире? Лёва знал, что меня не будет пару часов. Они с Аллусей договорились встретиться у нас с весьма конкретной целью. Это была разовая «акция», или Лев мне изменял на постоянной основе? Только с Аллой, или любовниц было много?

Вопросы роились, проносились в голове со скоростью света. Сменялись один другим и казалось, нет этому ни конца, ни края. Но я должна была получить ответы на всё…

– Мам, я иду с тобой, – так и не дождавшись продолжения, сказала Даша уверенно.

Отстранившись от меня, кивнула на мою маму.

– А бабушка пусть пока посидит здесь с моими вещами.

Я только сейчас заметила чемоданчик Дашки, сиротливо стоящий чуть поодаль. Тащить с собой дочь, не зная, что мы можем там увидеть, было глупо. Но я знала Дашу – если она сказала, что пойдёт, то её не отговоришь.

– Хорошо, – всё же приняла я решение. – Постоишь в лифтовом холле, а я зайду в квартиру.

Это был компромисс, на который дочь согласилась.

Я понимала, почему она хочет быть рядом – знала, что её поддержка в эти минуты очень нужна. Но также осознавала, что не позволю своему ребёнку вновь стать свидетелем отвратительных сцен.

– Идём, – сказала ей и её ладонь тут же скользнула в мою руку.

Подойдя к маме, которая так и сидела, впиваясь пальцами в пакет с хлебом, я не удержалась и всхлипнула. Она ведь обожала Льва, считала его своим сыном. Для нее это тоже удар.

– Мам… мы наверх. Посидишь здесь? – спросила у неё, стараясь, чтобы голос мой не дрогнул.

Вся эта ситуация напоминала что-то сюрреалистичное. Мы втроём внизу, а там, на седьмом этаже, в квартире происходит бог знает что. И так страшно просто подняться и увидеть всё собственными глазами.

– Я ему задам… я ему так задам! – проговорила мама, правда, в голосе её не слышалось и капли воинственности.

Лишь только та боль, которую я сама ощущала всей душой.

– Идём, – повторила я Даше и мы направились ко входу в подъезд.