Ты придёшь ко мне во сне (СИ)

– Мы уже почти приехали, миледи. Ещё раз прошу вас хорошо подумать.

– Хорошо, – покорно кивнул он, поняв, что спорить со мной бесполезно. – Тогда у меня следующая просьба: не отходите от меня ни на шаг. Пока мы не окажемся в ваших покоях, рисковать нельзя. Сейчас вы наиболее уязвимы.

– Я помню, Иллариэль. Я всё помню.

Дальше всё происходило как по нотам: быстрый перенос, и мы (кроме меня и Иллариэля были трое наших охранников) оказались в знакомом заснеженном замке, при одном взгляде на который у меня заныло сердце от страха.

– Леди Леандра, – противным голосом произнесла она, осматривая меня с ног до головы. – Хорошо, что вы так рано. Лорд Арриго хочет поговорить с вами до начала церемонии.

– Разве здесь есть ваши вещи? Всё куплено лордом Искремом.

До чего же противная тётка.

– Для меня, – добавила я совершенно спокойно.

– Неужели лорд Шейн столь беден?

– Это вас не касается. Идёмте, дорогу я знаю сама.

– Но лорд Арриго… – женщина попыталась преградить мне дорогу своим массивным телом, но мы её ловко обошли.

– Подождёт, – отрезала я. – Всего доброго.

Путь до покоев занял около десяти минут. Каждый шаг давался труднее предыдущего, но я упорно двигалась вперёд и остановилась лишь у лестницы, которая вела в мою башню.

Опираясь о каменную стену и чувствуя ладонью её шероховатость, я тяжело дышала и смотрела на чёрный проём.

– Совсем выбились из сил? – спросил эльф.

– Всё нормально, осталось чуть-чуть. Просто это моя личная келья.

– А что такое келья?

– Вроде особенного места заточения. Добровольного.

– Прошу прощения, миледи, но нам надо спешить. Вы еще должны подготовиться.

– Да, конечно, – рассеянно отозвалась я, делая первый шаг в сторону лестницы.

В покоях никого не было. И всё осталось таким, как я помнила.

– Там, в покоях, – я указала на спальню.

Мы всё-таки успели. Когда минут через десять в дверь второй спальни, где я отдыхала, постучали, всё было готово.

– Леди Леандра, – в дверях застыл недовольный Арриго. – Мне нужно срочно с вами поговорить.

– Знаю и прошу меня простить, – бледно улыбнулась я, сидя на небольшой кушетке. Голова продолжала кружиться, во рту всё горело горечью, и ко всему прочему я чувствовала себя медузой, выброшенной на берег. – Я себя просто не очень хорошо чувствую.