Ты теперь моя

— Мы на все выходные?

— Почти.

В груди разливается искрящееся тепло, когда Рома, кажется, машинально находит мою ладонь и, сплетая наши пальцы, тянет ее себе на бедро. Чтобы утихомирить отчаянное желание забраться к нему на колени, я на мгновение дышать перестаю. Если бы не сопровождение, я бы не колебалась ни секунды. Больше нет стеснения и страха получить не ту реакцию, на которую рассчитываешь. Но здесь я, конечно, сдерживаюсь. Мы не проявляем эмоции публично. Саульскому такое не по статусу.

— А «почти» — это как? — тихо спрашиваю и улыбаюсь, встречая его сосредоточенный взгляд.

— В воскресенье утром будем возвращаться. У меня встреча ближе к обеду.

— Окей. Мне подходит.

Я и за эту малость очень ему благодарна. Знаю, чего стоит с его графиком вот так вот вырваться за пределы города."

"Получаю удовольствие здесь и сейчас. В дороге тоже можно разговаривать, смотреть друг другу в глаза, намеками давать обещания, медленно разгораться, неизбежно добираясь до точки кипения.

— Закажем ужин в номер?

— Тебе же нравится на публике? Я столик зарезервировал, — его голос звучит ниже, чем обычно.

— Нравится. Но сегодня я хочу только вдвоем.

— Как пожелаешь.

Сжимаю его пальцы. Он сжимает в ответ, а потом расслабляет тиски и проходится шероховатой подушечкой большого пальца по тонкой коже моего запястья. Простое касание, а тело вмиг откликается. Мурашки разбегаются. В мышцы кровь приливает. Галопируя толчками по венам, накаляет общую температуру тела. Мне становится жарко. Сбивается дыхание. Учащается сердцебиение.

Глава 36

Кто летал, тот с заданием справился.

© Смысловые галлюцинации «Звезды»

Сауль

Меня сложно чем-то удивить. Слишком много у меня было женщин. Я делал с ними разные вещи. Это никогда не затрагивало душу, не вызывало каких-то чрезвычайно бурных эмоций. Секс — это лишь звериные инстинкты, которые периодически необходимо удовлетворять.

С Юлей все кардинально иначе.

Не в первый раз ловлю себя на том, что с ней мне необходима титаническая концентрация, чтобы удерживать элементарные функции под контролем.

Я не против кайфа. Но некое чужеродное и абсолютно исключительное чувство, поражающее мою нервную систему, будто нейротоксин, вздыбливает во мне основные инстинкты — защиту и нападение. Они не дают расслабиться и потерять бдительность.