Ты только попроси. Или дай мне уйти

Улыбаясь, он ласково проводит рукой по моему подбородку и добавляет:

– Как ты говоришь, я люблю тебя больше всей жизни.

Впиваюсь в его губы, и он вскрикивает от боли.

– Ай, прости, любимый, прости.

Он улыбается и говорит:

– Это ты меня прости, смугляночка. Это огромная мука, когда я не могу тебя поцеловать.

Он снова обнимает меня. Я отстраняюсь от него и произношу:

– Несмотря на твой кошмарный вид из-за этих свирепых вампирских глаз, ты все равно остаешься для меня самым красивым, самым симпатичным мудаком в мире.

 – Эрик улыбается, и я добавляю: – А теперь, когда полбольницы видело твою задницу, я понимаю, что я – женщина, которой завидуют больше всех.

Он улыбается, и его улыбка наполняет радостью мою душу. Затем он шепчет:

– Господи, малышка… Прости, что я в тебе засомневался. Я так тебя люблю, что, когда увидел эту чертову запись, меня переклинило, я потерял рассудок.

– Я простила тебя и надеюсь, что ты больше не будешь во мне сомневаться.

– Не буду. Обещаю.

– Кстати, это Аманда меня предупредила.

Ты был прав, она меня уважает.

Желая поведать ему то, что я столько дней скрываю от всего мира, смотрю на него и говорю:

– Мне нужно тебе кое-что сказать, но сначала ты должен меня отпустить.

Эрик смотрит на меня, кривится и отвечает:

– Расскажешь чуть позже. Сейчас я хочу тебя обнимать.

Я смеюсь и, прильнув к нему, шепчу:"

"– Ладно, только когда я тебе расскажу, ты будешь меня упрекать в том, что я не рассказала тебе об этом раньше.

– Серьезно?

– Серьезно-серьезно.

– Это что-то хорошее, не так ли?

– Думаю, да, хотя после того, что мы пережили, не знаю, как ты это воспримешь!

– Не пугай меня.

– Я тебя не пугаю.

– Джуд…

Я пожимаю плечами и не двигаюсь. Тепло его тела меня завораживает. А его голос – еще больше. Он начинает ворошить пальцами мои волосы. О боже, какой кайф! Спустя две минуты он не выдерживает и, отпуская меня, торопит:

– Давай, я хочу узнать об этом.

Мурлыча, вздыхаю, поднимаюсь с кровати и иду за своей сумочкой.

Новость, которую я ему сейчас сообщу, сведет его с ума.

Открываю сумочку, беру толстый конверт и, вынимая его, показываю его Эрику. Он смотрит на него и вздымает одну бровь. С некоторой комичностью я жестом прошу его подождать и, развязывая платок, повязанный у меня на шее, поворачиваюсь к нему.

– Смотри, что у меня.

Увидев мою красную, до крови разодранную шею, он с тревогой приподнимается в кровати.

– Милая, что с тобой случилось?

– Эти пятна у меня из-за нервов.