С его губ слетает улыбка, и он придвигается ко мне."
"– Мне очень нравится, когда вы называете меня Эриком, – шепчет он. – Мне неловко и очень неприятно ужинать с женщиной, которая обращается ко мне по фамилии.
Еще раз вздохнув, я соглашаюсь и протягиваю руку.
– Согласна, Эрик, рада с тобой познакомиться.
Он берет меня за руку и, к моему изумлению, целует ее.
– Взаимно, Джуд, – добавляет он приторно сладким голосом.
Машина останавливается, и Томас открывает нам дверь. Сеньор Циммерман… ой, Эрик выходит и подает мне руку.
Шофер садится в БМВ и уезжает. Эрик обнимает меня за талию, а я читаю вывеску: «Mоroccio».
Стоит войти в этот великолепный сияющий ресторан, и у меня поднимается настроение. Я всегда хотела здесь побывать. К тому же я такая голодная: я почти не ела во время обеда, и теперь у меня зверский аппетит. Я рассматриваю столики и в особенности блюда, которые подают официанты. Мама мия, как это все великолепно выглядит! Заметив моего спутника, метрдотель улыбается и идет нам навстречу.
– Следуйте за мной, – говорит он, поприветствовав нас.
Эрик берет меня за руку, и я повинуюсь. Вижу, как несколько женщин смотрят на него, отчего меня распирает гордость, что именно я иду с ним под руку. Пройдя через зал, где все ужинают, мы подходим к помещению, отделенному золотыми атласными шторами. И, когда метрдотель открывает один из занавесов, приглашая нас войти, не могу сдержать удивление.
Это шикарная, освещаемая свечами комната. Сбоку стоит удобное кресло, а в центре – круглый, красиво сервированный столик на двоих.
Эрик улыбается, заметив мое удивление, и я вижу, как он взглядом дает понять метрдотелю, чтобы тот уходил. Он приближается ко мне, галантно отодвигает стул, приглашая сесть.
– Тебе нравится?
– Да…
Пока я устраиваюсь на стуле, он обходит стол и садится напротив меня.
– Ты никогда здесь не ужинала?
– Я тысячу раз проходила мимо дверей этого ресторана, но никогда не входила. По одному только внешнему виду понятно, что здешние цены недоступны для таких, как я, с месячной зарплатой в тысячу евро.
Эрик морщит нос и протягивает свою руку к моей. Берет ее и начинает рисовать кружочки у меня на запястье.
– Для тебя будут недоступными немногие вещи, – говорит он вполголоса.
Это меня смешит.
– Больше, чем ты думаешь.
– Сомневаюсь, малышка. Уверен, что ты сама себя ограничиваешь.
Меня пленит его хриплый голос, то, как он называет меня малышкой. По всему телу пробежала дрожь. Мой шеф, сеньор Циммерман, очаровывает меня каждую секунду.
