– Они тоже были на вечеринке ««ревущих двадцатых» в Сааре, и с тех пор Мариса постоянно присылала мне письма с просьбой познакомиться с тобой.
Поворачиваюсь к ней и вижу, как лукаво она улыбается.
– Джудит, мне так хочется посмаковать тобой…
Я не отвечаю, я просто не могу произнести ни слова, а она скользит похотливым взглядом по моему телу и останавливается на груди. Она напоминает кота Сильвестра из мультфильма про Твити, который голодными глазами смотрит на птенца. Эрик с лукавым выражением лица наслаждается этой картиной:
– У меня очень… очень возбуждающая невеста.
Я поворачиваюсь к нему, и он целует меня, не заботясь о том, что эти двое на нас смотрят. Когда он от меня отрывается, я краем глаза замечаю, что Мариса шепчется с мужем. Они наливают себе шампанское. Эрик берет с дивана длинный шелковый платок и наматывает вокруг руки.
– Помнишь?
– Да.
– Пожалуй, я привяжу тебя к кровати и предложу им. Есть возражения?
Возбужденная его словами, бормочу:
– Я доверяю тебе.
В его глазах мелькают искры, и, наклонившись ко мне, он шепчет:
– Мариса – очень привлекательная женщина, и она умирает от желания поиграть с тобой.
Кстати, я на это согласился."
"– Что?!
Эрик улыбается и целует меня в плечо:
– Это и есть твое наказание, дорогая.
– Эрик, нет, – цежу я сквозь зубы.
– Нет?!
Приближаю губы к его уху и шепчу:
– Ты же знаешь, что мне не нравится спать с женщинами.
Он ухмыляется:
– Именно поэтому я выбрал такое наказание. Но успокойся, я предлагаю тебя, чтобы она поиграла, тебе не нужно ничего делать, кроме как получать наслаждение.
Я в шоке и собираюсь возразить, но он прерывает меня:
– Давайте, сеньорита Флорес, соглашайтесь на мои капризы.
Сердце у меня сжимается.
Поворачиваюсь к Марисе.
Мне хочется убежать.
Марио садится в кресло, а Мариса наблюдает за мной. Мои нервы сейчас не выдержат.
– Эрик…
– Да, Джуд.
– Я не хочу это делать… не хочу.
Эрик долго на меня смотрит и в конце концов спокойно говорит:
– Хорошо, Джуд. Иди в комнату и одевайся.
Томас отвезет тебя домой.
Это приводит меня в замешательство. Я не хочу уходить. Встаю. Останавливаюсь. Зажмуриваюсь и говорю:
– Эрик…
– Да, Джуд.
– Если я останусь, то мои поцелуи будут только твоими и твои – только моими.
Эрик невозмутимо кивает:
– Всегда, дорогая… всегда.
Жадно целую его, затем поворачиваюсь к Марисе и говорю:
– Я согласна.
Эрик садится рядом с Марио.
Мы с ней, одетые только в короткие комбинации, стоим перед нашими мужчинами.
