А это, мать вашу, странно, тревожно и периодами одуряюще завидно.
Однако это все позже… В настоящий момент я парю от восторга и прусь от чувства собственной охренительной важности.
Я творю историю. Я создаю свою семью. Я, очуметь как сильно, люблю.
Весь остаток января на этом вайбе и течет.
Днем Лизу трудно оторвать от моей семьи. Смотрю, как она к ним тянется, и дух захватывает. Был бы дураком, ревновал бы, настолько глубока ее неопровержимая привязанность. Но я ведь понимаю, что именно она восполняет с моими родными.
Когда мама, вроде как невзначай, в ходе обычной кухонной возни, первый раз обняла мою Дикарку, та расплакалась.
– Ну, что ты, дочка… – слезятся глаза и у мамы.
У меня самого так сжимается сердце, что все остальное стынет.
– Ваша семья такая хорошая… У меня слов не найдется, чтобы выразить, какие вы все замечательные, – бормочет Лиза, всхлипывая. – Вы с такой добротой приняли меня… Я о таком никогда и мечтать не могла… И вообще, даже не подозревала, что так бывает.
– Это ты замечательная, – улыбается мама.
– Как еще тебя принимать? Ты добрее и мудрее нас всех.
– Нет, дело не во мне… – протестует Лиза, реально, до смешного доходит. – Вы же всех принимаете! Кира, Варю, Нюту, Даниила, Сашку, Диму… Всех, кого бы не привели в дом ваши дети. А это… Это безусловная любовь. И это потрясающе.
– Да… Наверное. И тебя мы сразу полюбили, как родную.
Услышав это, моя Дикарка срывается на конкретные рыдания. Не в силах больше находиться в стороне, шагаю и обнимаю ее. Мама смеется и тоже к нам подключается.
– Ты заслуживаешь, чтобы тебя любили, – хриплю с улыбкой. – Ты заслуживаешь самого лучшего, родная.
– Конечно, – поддерживает мама.
Лиза старается. Слушает все, что мы говорим. Наблюдает, как себя друг с другом ведем. Впитывает и сама открывается.
Часто ездим к Киру с Варей. Проводим время у них или, как я в такие дни со смехом заявляю, берем напрокат Нюту. Без эксцессов и казусов, безусловно, не обходится. Но, по факту, мы со всем справляемся.
– Да сколько можно? – шутливо возмущается в какой-то из дней Бойка.
– Заведите уже себе своего ребенка. Тяжело, что ли?
– Кир! – краснеет за него женушка.
Лиза цепенеет. Не всегда сходу юмор выкупает. Сжимаю ее ладонь и смеюсь, давая знак, что можно расслабиться.
– Мы в процессе, – в тон другу отзываюсь я.
– Уже? – удивляется Варя.
Она хоть и отчитывает регулярно Бойку, сама частенько слишком прямой, любопытной и даже настырной бывает.
– Ну да, – подмигиваю краснеющей Лизе.
