Клянусь, я готов его убить.
– Ты, блядь, глухой? Не слышишь, что тебя просят съебаться на хуй?
– А тебе не похрен? – вопрос от бухого деграданта прямо-таки в кассу. – Или, может, твоя? Если твоя, так и скажи. Я же ничего… Ничего такого, братиша… Соррян... Реально, извини… Сказал бы, я бы никогда…
– Я тебе сейчас скажу, блядь! Так скажу… Выйдем! – высекаю, положив на все.
На то, что на улице, вероятно, полностью контроль потеряю, и никто не остановит, в том числе.
– Артем… – рвется сбоку. Лиза кладет руку на мой локоть и пытается тянуть на себя.
Еще один демон. Самый главный. – Не надо. Успокойся, пожалуйста. Я прошу тебя.
Это ее «пожалуйста» отчего-то так бесит сейчас. Демоны уже устраивают за ребрами адскую пляску. Отшвырнув еблана, стремительно переключаюсь на свою Азазель[3].
– А ты, – удерживая ее всполошенный взгляд, жестко продавливаю местоимение, – когда уже поймешь, что твои «пожалуйста» нигде не работают?!
Во всех этих блестящих тряпках, накрашенная и яркая, все еще пиздец какой наивной выглядит.
Одни глаза чего только стоят! Да и все черты, независимо от того, что она выдает, можно назвать исключительно прекрасными и невинными.
– Что же я, по-твоему, должна была сделать?
– Да хотя бы зарядить ему по яйцам! – выплескиваю и развожу руками. Если бы я мог отбросить эмоции, признал бы, что бухой тип ничего криминального не совершил. Да, навязывался чересчур нагло. Но по факту многие мудаки так делают. И все же… Это, блядь, моя Лиза.
Моя. – А если бы я не оказался рядом? – давлю все так же разъяренно.
– Собственно, что ты тут делаешь? – толкает Дикарка обиженно. – Сказал же, что все отменяется.
– Все и отменялось! – вру, ощущая, как лицо заливает жаром. И это явно не злость. – На делах здесь.
– Здесь? – удивляется ожидаемо.
Но я, конечно, упорно проталкиваю свою ложь.
– Да!
– С этой девушкой, которой ты покупал выпивку? – жалит неожиданно.
Я аж цепенею. Сладко жалит. Сладко… Ревнует. Блядь, она же ревнует?!
– Ревнуешь, Дикарка?
Перегорают контакты.
Дымит двусторонне.
– А ты? – задушенно выдыхает Лиза.
Собираюсь ответить, только не успеваю, потому как рядом с нами вдруг возникает Фильфиневич.
– Ты звонила? – предъявляет с вызовом тихо наблюдающей за нами Лии.
– Не-е-ет, – тянет та со смехом, – я тебе не звонила.
– Да ты мне звонила. Хватит играть.
Мы с Лизой одновременно теряемся. Переглядываясь, пытаемся понять, что происходит.
