Ты всё ещё моя (СИ)

Еще один сдерживаемый, но не менее бурный вздох, и Артем, не ослабевая «тылового» давления, ложится на меня. Прикасается губами к изгибу шеи, я содрогаюсь от удовольствия.

– Еще, пожалуйста… Пожалуйста…

И Артем целует. Страстно и очень ласково. Я так откровенно наслаждаюсь этими поцелуями, что забываю о его пальце между своих ягодиц и о том давлении, которое он оказывает. Пока Чарушин в какой-то момент не проникает внутрь меня.

С моих губ срывается отрывистый вздох. С его – приглушенный и сиплый стон.

– Доверяй, Дикарка… Доверяй... Расслабляйся…

По моей спине проходит волна дикой дрожи. Но я обмякаю и позволяю себе плыть под ним.

– Умница, Дикарка… Моя умница…

Его палец почти полностью выходит из моего тела, и на следующем толчке к нему присоединяется второй. Я выгибаюсь и, поймав неожиданно яркий спазм удовольствия, сладко скулю.

– Хорошо? – хрипит Чарушин мне в ухо.

Звук его довольного сексуального смешка словно через микрофон доносится. Шпарит по каким-то восприимчивым точкам током.

Я стону. Он кусается.

Я снова стону. Он целует.

Меня разбивает мелкая и затяжная дрожь. Он еще жарче целует.

– М-м-м… Боже… Артем…

Сердце безумно колотится. Кровь закипает. Я буквально чувствую, как разогреваюсь до температуры каленого железа.

– Горячая, – глухо подтверждает Чарушин.

Его поцелуи становятся быстрее, отрывистей и жаднее. Он очень громко дышит и одержимо ласкает меня. А еще… Я чувствую его каменный и очень горячий член, он прижимается к моей ягодице.

Наши тела волнующе скользят и выдают порочные звуки от выступившего на нашей коже пота.

– Хочу тебя трахать… Хочу… Люто…

– Да-да… Люто… Я тебя тоже… Тоже, Артем… Тоже… – бормочу, захлебываясь наслаждением.

Когда его пальцы покидают меня, дрожь в моем теле выходит на новый, пугающе-бешеный уровень.

– Готова? – прижигает каждый звуком.

Я готовлюсь. Очень сильно готовлюсь к тому, что должно произойти. И все равно оказываюсь не готовой, когда Чарушин неожиданно выдергивает поддерживающую мои бедра подушку и разворачивает меня лицом.

И меня размазывает жутким стыдом, обезоруживающей откровенностью, зверской похотью… Впервые сталкиваюсь со столь сильным валом этих чувств.

Беззастенчиво и жадно разглядываю красивое тело Чарушина. Напряженные выпуклые мышцы, блестящую от пота смуглую кожу, крепкие узкие бедра и эрегированный член. Его детальнее всего. Увитый венами толстый ствол, крупную розовую головку и узкое влажное отверстие в ней.