Ты же ведьма!

Эрриан хоть на край плаща и наступил, но, качнувшись, выровнялся и лишь сквозь сцепленные зубы прошипел:

— Магда, пожалуйста, не дергайся! Я понимаю, что ведьма никогда не протянет руку, но всегда подставит ногу. Но не тогда же, когда ее несут! Поэтому давай ты побудешь немного не ведьмой, а просто светлой. Тихой, милой, покорной светлой…

Под моим скептическим взглядом в духе «откуда ты такую ересь про белых магов взял?» Эрриан осекся и закончил:

— В общем, дай мне героически тебя дотащить до кабинета мэра. Там есть удобный диван, на котором можно поспать.

— Знаешь, мне бы не хотелось быть ответственностью, которую взяли на себя, но не донесли, обронив по дороге.

Я, на миг затихшая после потери плаща, который так и остался лежать на лестнице, словно павший воин, вновь дрыгнулась.

— Я. Донесу, — упрямо отчеканил Эрриан. И добавил: — К тому же зачем разочаровывать зрителей?

Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь скрипом ступенек лестницы. Я завертела головой и увидела-таки безмолвную толпу.

Демон раздери! Все работники, пришедшие утром на службу, высыпали вниз, дабы лицезреть, как возносится на второй этаж тело ведьмы и в Бездну летит ее репутация!

Да меня до появления этих пришлых весь Хеллвиль боялся! А теперь образ грозной и несокрушимой темной чародейки трещит по швам. Меня, как кисейную барышню, на руках несут. И ладно бы на кладбище, чтобы прикопать! Так нет же, на диван.

Но пока я закипала, как чайник, Эрриан прошел по коридору, толкнул дверь в приемную градоначальника, и я увидела два очаровательных зеленых создания: фикус и секретаршу с перекошенным лицом.

Вернее, сначала лик девы был весьма мил и даже улыбчив. Я оценила и туго завитые кудельки, и фиалковую бархотку на шее блондинки, и васильковый муар платья, и розовую пудру, искусно наложенную на щеки, и духи с ароматом лилии, и выразительное декольте. Оное было столь глубоко, что с ним были все шансы не только грудь застудить, но и живот отморозить. Это я уже как целительница заявляю. Мы обменялись взглядами.

Я широко, исключительно по-ведьмински улыбнулась. И как бы невзначай прижалась посильнее к Эрриану, словно и не думала спускаться на землю. Если темному так хочется, пусть целый день ходит укомплектованным ожерельем в виде ведьмы. Я не против.

Еще бы и шею его обвила, но руки были заняты: я держала книгу. Похоже, ту самую, с которой и уснула.

Темный хмыкнул. А я насладилась чудеснейшим зрелищем, как цветущий букет ссыхается от злости в гербарий.