Маленьких ведьмочек, которых ты мне обязательно родишь, – кивает невозмутимо. – Таких же упрямых, своевольных и очаровательных.
Ну-ну. Про очаровательных приятно. А вот остальное… Когда это я была упрямой? Наоборот старалась все углы сглаживать.
– Кто бы говорил? Твоих близняшек вон злодейками называли. Ещё те проказницы.
– Тем более. Представь, что у нас двоих получится, – усмехается Федерик.
– Сомневаюсь, что личностные характеристики души по наследству передаются, – смотрю на него, задумчиво нахмурившись. – Хотя… раньше я бы и в переселение душ ни за что не поверила.
В магию, в ведьм, в то что сама ведьма. Так что… время покажет. Главное позаботиться, чтобы никакой культ нашим детям не угрожал.
– Сделаю для этого всё возможное, – посерьёзнев, уверяет муж. И меняет тему: – Готова попрактиковаться?
– Ещё немного хотела бы почитать. А что? Нашёл какую-полезную информацию? – киваю на дневник в его руке.
– Сложно сказать. Пока тут больше описаны её страдания от одиночества и жёстких ограничений, которыми Иезенния окружила девочку.
И никаких намёков, с чем это связано. Но ты была права, Анна действительно воспринимала дневник, как собеседника, которому можно выговориться. Многие вещи, которые она тут записала, воспитанная в старых традициях девушка, в жизни бы не озвучила никому постороннему.
Ого. Заинтриговал, однако.
– И что же там такое? – вскидываю брови.
– Некоторые моменты взросления женского организма, например. И момент, когда она случайно увидела, как спариваются лошади.
– Представляю, как бедняжка была шокирована, – фыркаю, с удивлением ловя себя на странном царапающем чувстве неприятия.
Мне… не нравится, что он читает интимные откровения другой женщины. Но это ведь глупо. Уж мне ли не понимать.
Нахмурившись, я отворачиваюсь, возвращаясь к своему гримуару. Правда, тут же вскидываюсь, осенённая новой мыслью, поспешно отложив древнюю книгу.
– Взросление, говоришь? Вот оно! Если этот неведомый ритуал требовал, чтобы Анна оставалась девственницей, то скорее всего после первых менструаций Иезенния просто обязана была ей это объяснить.
Хотя бы как-то.
Развернувшись обратно к Федерику, ловлю его изумлённый взгляд.
– Менстр… чего? – прищуривается он.
– Ежемесячные выделения крови у женщин. У девочек начинаются в среднем в двенадцать-четырнадцать лет. Об этом взрослении писала Анна? – требовательно смотрю на него.
– Об этом, – прокашлявшись, подтверждает он.
– Во-о-от. Значит, об ритуале она вполне могла написать уже в следующих записях.
