Но сейчас меня больше волнует то, что «муж» мне достался очень проницательный и подозрительный. Стоит только вспомнить, как он отреагировал на мой вопрос об этой интересной штучке, почтовом футляре. Виду не подал, но по моим ощущениям сразу как-то подобрался весь, закрылся, насторожился.
А ведь таких моментов может быть ещё бессчётное количество. Ничего не зная о реалиях магического мира я могу даже понятия не иметь чем именно себя выдаю. Всё ведь потерей памяти не объяснишь.
Нет, можно, конечно, играть дурочку.
Можно ничего не спрашивать. Может, ещё что-то можно... Но сколько я так выдержу? Всю жизнь? Точно нет.
Тогда что?
Признаваться? Хотя бы Федерику? Теперь, после знакомства с ним, ответ на этот вопрос уже не настолько категорично-отрицателен. Мне начинает казаться… что он возможно бы понял.
Понимаю, что такие выводы делать ещё рано, но… возможно, с этим мужчиной у нас могла бы получиться настоящая семья. И обманывать его… не по мне это.
Но и признаваться пока страшновато. Слишком мало данных.
А-а-а-а, как всё сложно! А с другой стороны… не помню, когда я в последний раз чувствовала себя настолько живой, настолько жаждущей жизни во всех её проявлениях.
Может, всё дело в юном энергичном и здоровом, если не считать магического ранения, теле, бурлящих гормонах и так далее, а может, в том, что здесь в другом мире я могу всё начать сначала, получить и попробовать то, чего не смогла в своей прошлой жизни, воплотить в реальность свои мечты… Не знаю в общем. Но собственный позитивный настрой после затяжной депрессии и долготянущегося состояния загнанной лошади не может меня не радовать.
Мне хорошо, задорно и азартно, несмотря на все непонятности, сложности и опасности.
Откинувшись головой на спинку, смотрю, как в саду за окном носятся друг за дружкой девчонки. Смеются, что-то кричат друг другу. Такие растрёпанно-милые. Но вот одна вскидывает голову, к чему-то прислушиваясь, что-то говорит сестре, и они буквально в мгновенье ока испаряются из виду. Словно в воздухе растворяются.
А через пару минут на этой самой дорожке появляется молодая женщина в строгом тёмно-сером платье. Явно разыскивая проказниц-принцесс. Наверное, гувернантка. Красивая. Лет двадцати пяти на вид. Чем-то Джэйн Эйр мне напоминает из моей любимой экранизации две тысячи одиннадцатого года. Только волосы темнее.
Хм. Интересно, а в этом мире случаются романы между гувернантками и отцами их воспитанников? Думаю, что вполне могут. Особенно, если отцы свободны.
