Тысяча жизней подряд

 – Седрик, ты проводишь меня? – Она кивнула всем присутствующим, кроме меня, и подождала, пока Седрик предложит ей руку.

– Увидимся завтра, – вежливо попрощался Рафик и запечатлел поцелуй на тыльной стороне моей руки.

Фокс наклонился к Арвин.

– Держись, – шепнул он ей и вышел из салона вслед за своим другом.

– Я тоже пойду спать, – пробормотала я, сделав несколько неуклюжий реверанс в сторону Ноя, и помчалась следом за ними. Лукавая улыбка Арвин не ускользнула от меня.

Седрик стоял в проеме распахнутой двери спиной ко мне; Фокса и Рафика уже нигде не было видно.

Рука Клэр обвивала де Грея, и это выглядело весьма интимно. Увидев меня, она прищурилась.

– Приходи ко мне сегодня ночью, – услышала я ее громкий шепот. Наверное, эти слова предназначались скорее для меня, чем для него.

– Посмотрим. Мне нужно кое-что обсудить с Ноем, – расплывчато ответил Седрик, наклоняя голову и целуя ее в щеку.

Я отвернулась и помчалась вверх по лестнице в свою комнату, захлопнула за собой дверь и, задыхаясь, прислонилась к ней спиной.

Эти двое были парой. Во всяком случае, в этой жизни, но, вероятно, и во многих других. Если до этого момента у меня еще оставались сомнения, то теперь они были окончательно устранены. Но почему тогда Седрик так внимателен ко мне? Я прокрутила в голове наши встречи. Его появление на Олдерни, его беспокойство, его гнев. Он, конечно же, не ожидал встретить Просветленную колдунью, а я буквально бросилась ему на шею. Вспомнив все это, я почувствовала, что мои щеки вспыхнули. Если бы только я прислушалась к тому, что он говорил, я бы никогда не поехала в форт Кеснард, чтобы отнести ему письмо. И – самое позднее – тогда, когда он сказал мне, что проклят, я должна была покончить со всем этим. Но почему тогда он снова объявился, когда я отправилась на пробежку, и зачем пришел ко мне в магазин сегодня вечером? Его поведение совершенно сбивало с толку. К счастью, теперь все стало на свои места.

Когда Эмили постучала в дверь, я впустила ее в свою комнату. Горничная помогла мне раздеться, распустила прическу, и когда она наконец завершила весь ритуал, я скользнула в постель.

Простыни непривычно пахли крахмалом.

– Спокойной ночи, – пожелала мне она, опуская занавески на кровати.

Глубокая темнота окутала меня. Как кто-то мог так спать, мне было непонятно. Едва Эмили ушла, я снова подвязала занавес с одной стороны и вслушалась в ночь. Мне не хватало шелеста морских волн, и я беспрестанно задавалась вопросом, действительно ли Седрик поехал к Клэр.