Тысяча жизней подряд

Как только окажусь одна, я исчезну. В данный момент я бы даже предпочла общество охотника за душами.

– Ты сможешь уснуть в собственной постели. Не усложняй все еще больше.

Так это я все усложняла? Я возмущенно втянула воздух сквозь зубы. До сих пор я была совершенно незамысловатым человеком, во всяком случае, для восемнадцатилетней девушки, но Седрик с помощью всего нескольких слов вмиг превратил меня в пубертатную стерву.

Высоко вскинув голову, я спустилась по лестнице и прошла прямиком в салон. Мне было совершенно все равно, видел ли кто-нибудь, как сильно мои манеры отличались от манер благовоспитанной леди, когда мои громкие шаги раздавались в тишине дома.

Клэр, Фокс и Рафик, должно быть, уже ждали нас. Фокс стоял у огня и смотрел в пламя. Нас, остальных, он, казалось, даже не замечал. Запрокинув голову, Странник залпом опорожнил стакан, наполненный янтарной жидкостью. Обеспокоенная, я взглянула на Рафика, который смотрел на своего друга.

– Куда вы собрались? – спросила Клэр, чрезвычайно грациозно сидевшая на краешке одного из бесценных кресел.

 – Обратно в ее жизнь?

Это совсем ее не касалось.

– Да, – коротко ответил Седрик. – У меня нет другого выбора.

Конечно нет. Я была для него обузой. Как камень на шее.

– Я и сама справлюсь. Тебе нет нужды меня сопровождать.

Клэр тихо рассмеялась своим мелодичным смехом.

– А сколько раз до этого ты уже перемещалась во времени одна? Разве тебе при этом не всегда становилось плохо?

Мои руки сжались в кулаки. Конечно, Седрик рассказывал ей об этом.

Наверное, они вместе смеялись надо мной, лежа в постели. Клэр, даже не ожидая моего ответа, поднялась со своего места и подошла к Седрику, встала прямо перед ним на цыпочки и поцеловала его в губы.

– Мы прибудем так скоро, как только возможно, и будем с тобой.

Более ясно обозначить свою территорию она не могла. Как по мне, в этом не было необходимости.

Красивое смуглое лицо Рафика неодобрительно скривилось. Я подошла к Фоксу. Этот Странник был так добр ко мне, и мне очень хотелось его утешить.

– В другой жизни ты увидишь ее снова.

Во взгляде Фокса, устремленном на меня, колыхалась всеобъемлющая боль.

– Но она никогда не будет моей, – едва слышно пробормотал он.

– Вы должны уложить его в постель, – обратилась я к Рафику, который шагнул к нам и взял бокал из рук своего друга.

– Не беспокойся о нем, сестренка, – тихо сказал он, целуя меня в лоб. – Мужайся, – добавил он. – Мы придем, как только Арвин нас покинет. Но Седрик прав.