Тысяча жизней подряд

Одетый в подвернутые джинсы и белую футболку, подчеркивающую его мускулы, Седрик выглядел настолько привлекательным, что от этого становилось почти больно. По дороге сюда он не держал меня за руку и большую часть времени провел в молчании. Я понятия не имела, какими он представлял себе наши будущие отношения, а потому сочла, что рассказывать ему о спаривании северных олуш будет, мягко говоря, неуместно.

Седрик весело улыбнулся и покачал головой:

– Ты только что это придумала.

– А вот и нет. Такие истории пишет только жизнь.

Об этом даже написано стихотворение.

– Ты знаешь его наизусть?

Он вытянул леску и снова забросил удочку.

– Нет, оно слишком длинное, но я могу найти его для тебя. Оно есть где-то у бабушки. Если я правильно помню, любовь девушки была отдана морю.

– Вы, островитяне, – удивительный народ.

Я подтянула ноги к груди и положила подбородок на колени.

– Если бы ты мог выбрать, где бы ты жил?

Седрик не казался мне человеком, который мог оставаться на одном месте годами.

– Я бы остался там, где есть люди, которых я люблю. Где бы это ни было.

Леска беспокойно задергалась, а потом натянулась. Седрик бережно вытянул свой улов.

– Обед нам обеспечен.

Потом мы снова молчали. Седрик выловил еще двух рыбешек, а я наблюдала за ним. Это молчание не было неприятным. Ничего похожего на те моменты, когда не знаешь, о чем говорить. Оно было каким-то доверительным, и я чувствовала благодарность к Седрику за то, что он не стал возвращаться к разговору о Селине.

Я собрала на пляже хворост, и Седрик разжег костер.

Мы жарили улов над костром, насадив рыбу на деревянные палочки. В корзинке, помимо посуды и столовых приборов, нашлись хлеб и вино. Когда я выложила готовую рыбу на две тарелки, Седрик освободил ее от костей и посыпал солью, и мне оставалось только украсить блюдо дольками лимона.

– Ты действительно знаешь, как попросить у женщины прощения.

– Все зависело от того, будет ли клев, иначе я не смог бы произвести такого впечатления.

– А как же план «Б»? – Я поддела вилкой кусочек ароматной рыбы.

– Есть и такой, – чуть тише произнес Седрик.

– Как развиваются отношения Арвин и Ноя?

– Не очень. Она много разговаривает с ним, а вчера помогала ему в исследованиях, но его не интересует ничего, кроме собственной работы. Я сказал бы даже, что он еще никогда не проявлял свою незаинтересованность так сильно.

– Это ужасно. – Мне хотелось сказать ему что-нибудь в утешение, но я не могла подобрать слов.