Тысяча жизней подряд

– Жанна д’Арк изгнала английские войска из города как раз в 1429 году, восьмого мая. Селина участвовала в этих сражениях?

– Ты всегда отличалась необычайной памятью, что касается исторических фактов, – гордо провозгласила Полли. Это она учила меня истории. – Судьба Жанны сложилась трагически. Мы слишком поздно поняли, что задумала Селина. Девушка была принесена в жертву, чтобы и ее душа досталась Лазарю. Жанне еще не исполнилось и девятнадцати лет, и он был одним из инквизиторов, пытавших ее.

– Но если он так сильно стремился завладеть ее душой, почему он не забрал ее до того, как девушку сожгли?

За столом воцарилась тишина, которую нарушало лишь позвякивание ложки, помешивающей чай.

– Мы думаем, это был эксперимент, – тихо сказала бабушка. – Он пытался укрепить огнем душу Жанны. Ничего не вышло, и душа девушки была потеряна навсегда. Это ужасно.

Что мне было на это сказать? Меня бросало то в жар, то в холод. Мысль о том, что огонь сделал с этой душой, была невыносимой.

– Это была идея Селины или Лазарь сам придумал такой садистский план?

– Мы не знаем, – сказала Грета.

 – Но душа Селины заслуживает вечного проклятия уже только за то, что она отдала Жанну Лазарю. Мы не станем проклинать ее – мы уничтожим ее без промедления.

– Как только у нас появится такая возможность, – прибавила Молли. – До сих пор она всегда была на шаг впереди нас.

Мегги вернулась, вооруженная расческами и щетками для волос. Пока она распутывала и тщательно расчесывала волосы Арвин, Молли и Полли сочли за необходимость выдать девушке целую кучу советов, как привлечь Ноя.

Слушая их, Арвин то бледнела, то заливалась яркой краской, но при этом мужественно кивала в ответ.

Когда Мегги отложила щетку, волосы Арвин спускались ей на спину, завиваясь густыми рыжими локонами.

– Тебе нужно носить их распущенными. Это так красиво.

– Я заплету тебе свободную косу, – сказала Мегги. – Такая прическа выглядит совсем не строгой, и волосы не будут тебе мешать. А дома волосы можно распускать.

– Оставь несколько прядей у лица, – со знанием дела посоветовала Полли.

 – Ной сможет заправлять их ей за ухо. – Она вздохнула. – Ах, как хочется снова стать юной!

– Твой возраст – это то, насколько ты себя ощущаешь, – проворчала ее сестра.

Мегги вытянула из прически Арвин несколько прядей и наложила ей такой легкий макияж, что он был почти незаметен. И все же серые глаза девушки засветились, а губы, покрытые розовым блеском, стали ярче и пухлее. Мегги с гордостью оглядела результат своих трудов.