Тысяча жизней подряд

Я должна была вернуться в бункер, хотя силы моей магии были исчерпаны, и помочь в борьбе с другими охотниками я пока не очень-то могла. Но я хотела к Седрику. Мне нужно было вытащить его оттуда и что-то сделать. Хоть что-то.

Входная дверь оказалась незапертой, и я выбежала на улицу. Я помчалась к пляжу, к которому тянулся противотанковый барьер. Если я ничего не путала, то вход с той стороны я смогу использовать, чтобы намного быстрее добраться до тех комнат в бункере, где мы нашли Седрика и Клэр. Я как раз обогнула серую громаду, когда дверь бункера распахнулась, и из нее вышел Рафик.

Он нес Седрика, а за ним шел Фокс, на руках которого лежало безжизненное тело Клэр. Я сделала еще несколько шагов и оказалась рядом с ними, обессиленно рухнув на колени рядом с любимым. Глаза юноши были закрыты, когда я убрала с его лица волосы и осторожно провела пальцами по ране над его бровью. Холодный пот выступил на лбу парня: Седрика била дрожь. Я держала его за руку и что-то говорила. Он никак не реагировал, но был жив. В отличие от Клэр.

Рафик убрал с лица погибшей девушки волосы.

– Да защитит тебя Аллах. Где бы ты ни оказалась.

Фокс опустился на колени с другой стороны от Клэр и взял ее руку.

– Пусть Господь держит руку над тобой, – пробормотал он и поцеловал девушку в лоб.

– Да будут благословенны твои жизни, – зашептали Просветленные, хотя они лучше, чем кто-либо другой, знали, что душа Клэр потеряна навсегда. Лазарь отнял у нее все. Но все же, может быть, какому-то крошечному осколку удалось уцелеть, и этот осколок теперь отправится в свое последнее путешествие.

Я разрыдалась, когда Рафик опустил руку на грудь Клэр, и ее тело начало тлеть. Меньше чем через минуту оно рассыпалось в пепел, и ветер – последнее дыхание позднего лета – развеял по пляжу белые хлопья. Как мог человек, который только что был полон жизни, так быстро исчезнуть в небытии?

Рафик все сидел на песке – он, казалось, молился. Потом повернулся ко мне, и что-то в его взгляде показалось мне очень тяжелым. Но я не позволю Седрику превратиться в пепел.

– Пора. Ты должна попрощаться с ним.

Я вцепилась в руку Седрика, и тот тихо застонал.

– У нас нет выбора, Саша. Ты знаешь это. Седрик и наш друг тоже, и он хотел бы, чтобы мы искупили его.

Я ощутила знакомую магию – она струилась по моим жилам. Эта магия не была моей собственной – энергия исходила от бабушки, Пенни, Полли, Молли и Греты. Они вышли из бункера и теперь окружили нас.

– Лазарь и Селина мертвы, – сказала я. – Все кончено.