Тысяча жизней подряд

Кончик его языка коснулся места, где бешено бился мой пульс.

– Что ты делаешь? – дрожащим голосом спросила я. Прикосновение казалось чужим и знакомым одновременно.

– Ты пахнешь, как она.

Дрожь пробежала у меня по спине.

– Мы уже встречались раньше, правда?

– Уже много раз, – подтвердила я. Его губы скользнули по моей щеке, и на мгновение я перестала дышать.

– Я вовсе не потерял тебя, – шепнул Седрик. Облегчение в его голосе можно было пощупать руками.

– Но я не смогу остаться, – призналась я.

 – Не в этой жизни. Я пришла сюда только для того, чтобы спасти тебя.

– Думаешь, я позволю тебе снова уйти? – Его руки сжали меня, подобно стальным тискам, а губы превратились в тонкую линию. – Ты принадлежишь мне, – прохрипел он мне в ухо. – Ты – моя.

В его словах мелькнули какие-то зловещие нотки. Седрик был на грани, и теперь только от меня зависело, какую сторону он выберет. Холодная дрожь пробежала по моему телу, и все же я взяла лицо парня в свои руки, заставив Седрика посмотреть на меня.

Зелени в его глазах больше не было: на меня уставились два озера чернильно-черной глубины. Где-то в них должно было оставаться что-то еще, и я не собиралась отпускать его. Я провела большим пальцем своей руки по нижней губе Седрика.

– Впусти меня, – пробормотала я.

Взгляд Седрика затуманился, и его губы приникли к моим. Во вкусе поцелуя я ощутила дым, виски и какие-то травы, которых я не знала. Во всяком случае, никакой гнили. Пока. Я всхлипнула от облегчения.

Объятия Седрика ослабли и стали мягче. Он пробормотал мое имя. Имя, которого в этой жизни он даже не знал. Это было воспоминание той части его души, которая пришла из будущего.

Теперь я знала, что делать. Я оттеснила мысль о том, что Лазарь скрывается где-то поблизости, я забыла о Селине, которая опять не достигла своей цели, и, наверно, сейчас была просто вне себя от ярости. Я сконцентрировалась на том, что происходило внутри меня. Я выплеснула сияние своей души, превратив его в шар, наполненный чистой энергией, и когда поцелуй Седрика стал глубже, отпустила ее.

Сияние превратилось в мерцающую жидкость, и этот поток проложил себе путь к душе Седрика. Я никогда еще не чувствовала себя настолько связанной с другим человеком, такого единения и все же… Боль пронзила меня, и тоска охватила все мое существо. Я потеряю его. Этот поцелуй был прощанием. Я подарила Седрику часть своей души, чтобы он сделал ее своей.