У лжи есть имя

Я даже не успеваю понять, что происходит, как его рука оказывается на моей шее, и, взяв меня в плен своих пальцев, он толкает меня назад, отчего я прогибаюсь в спине так сильно, что оказываюсь головой и грудью снаружи здания. От сильного толчка моя голова запрокидывается назад, и я вижу асфальт на улице и сильнее впиваюсь пальцами в его предплечье.

Если он не удержит меня, я вывалюсь из окна, не успев ни за что ухватиться.

– Тише, птичка, – помедлив, спокойным тоном заключает он.

Я нахожусь в слишком уязвимом и опасном положении, чтобы ответить ему хотя бы что-нибудь.

Мужчина стоит между моими раздвинутыми ногами, и я чувствую внутренней стороной бёдер мягкую ткань его брюк и ледяную пряжку на ремне, которая до боли упирается мне в слишком интимное место.

Внезапно ладонь мужчины касается моей ключицы и плавно опускается к груди, затем ниже и ниже, упираясь в завязанные ленточки пеньюара.

Одним движением он дёргает ленту вниз, и халат расслабленно распадается в обе стороны, обнажая грудь под полупрозрачным лифом.

По всему телу бьёт ток адреналина, создавая жгучую смесь, вызывающую во мне ранее неизведанные чувства. Моё тело под ним дрожит и ноет от затёкших мышц. Рука мужчины опускается к пупку и ниже, достигая края моих трусиков.

– Страх возбуждает, не правда ли? – с интересом спрашивает он, медленно ведя пальцем по краю ткани. – Да, птичка? – наклонившись ниже, требует мужчина, пока я хватаю ртом холодный воздух.

– Убери свои руки от меня! – Дёргаюсь ещё раз, и его пальцы вновь зажимают мое горло сильнее. – Ах…

Я издаю ещё один рваный вздох, понимая всю безвыходность своего положения.

– Прошу… – на выдохе произношу я, глотая солёные слёзы. – Я прошу тебя, дай мне уйти. Что тебе нужно? Деньги?

Незнакомец лишь устало усмехается.

Спустя мгновение он одним рывком возвращает меня в сидячее положение, и я смахиваю слёзы с щеки и убираю прилипшие к лицу пряди волос.

Всё это время мужчина стоит между моих ног, а его лицо находится в нескольких дюймах от моего. Руки незнакомца по-собственнически лежат на моих бёдрах, словно это нормально. Словно это для него, чeрт возьми, нормально! Мой взгляд соскальзывает на его приоткрытые губы, правильные, с аристократической огранкой по контуру, и я непроизвольно сглатываю комок в горле, а затем замечаю, как уголки его губ приподнимаются в лёгкой ухмылке.