У лжи есть имя

И взяв наспех с подноса у проходящего рядом официанта высокий бокал за тонкую хрустальную ножку, подношу его к губам и делаю небольшой глоток, оглядывая зал в поиске брата. Куда же он подевался…

Мой сосредоточенный взгляд находит отца, беседующего с двумя мужчинами, стоящими ко мне спиной. Сегодняшний гала-ужин, проходящий в рамках благотворительной акции, вновь собрал самых влиятельных представителей верхушки правительства. Дипломаты и политические деятели регулярно посещают наш дом, и когда один из мужчин в компании отца поворачивается ко мне в профиль, я сразу же узнаю его.

Митчелл Барроуз – Генеральный прокурор Англии и Уэльса.

– Эванджелина, – увидев меня, обращается ко мне отец с нотками торжественности в голосе.

Послушно приближаюсь к ним и перевожу взгляд на рядом стоящего Митчелла, мужчину средних лет с проступающей сединой в волосах, и приветливо улыбаюсь ему. В его глубоком и любезном взгляде читается непомерная доброта и скрытая усталость.

– Только что я со всей нескромностью поведал своим приятелям об открытии твоей выставки в Париже, Эванджелина, – улыбаясь, сообщает отец.

 – Вот, появился ещё один повод сказать, как я горжусь тобой.

Мои щeки моментально начинают гореть от избытка смущения.

– Рад видеть вас, Эванджелина, – вступает в разговор Митчелл и, протянув мне руку, сжимает мои пальцы в своей шершавой ладони. – Примите мои поздравления. Великие дела начинаются с маленьких шагов, – изрекает мужчина. От проступившей мягкой улыбки на его лице в уголках карих глаз появляются очерченные глубокие морщинки.

 – Эванджелина, – спокойно произносит он, – позвольте представить вам моего приятеля. – Митчелл переводит взгляд на стоящего напротив меня незнакомца, одетого в пепельно-чeрный смокинг с шёлковой бабочкой, идеально контрастирующей с кристально-белой рубашкой под пиджаком. Скользнув глазами по его высокой и весьма атлетичной фигуре, я поднимаюсь выше и тут же встречаюсь с его темно-изумрудными глазами, в которых мелькает загадочный блеск. В области солнечного сплетения зажигается какой-то необъяснимый огонек трепета, и я сразу же, невзирая на манеры, стараюсь потушить его прохладным глотком белого вина.

– Артур Даймондхарт, мой коллега, а также искусный меценат-коллекционер редких картин и скульптур, – продолжает Митчелл, возвращая меня из мыслей обратно в разговор.

– Конечно, иди, дорогая, – заключает отец. – И предупреди Маэля, что я хочу его видеть.