У врага за пазухой (СИ)

— Ее вообще никуда отпускать нельзя было, — рявкаю на этого защитника и вбиваю в навигатор новые координаты.

Как ни странно, программа указывает на медицинский центр. Какой-то малоизвестный, частный. Вряд ли моя акула прихворнула настолько, чтобы втихаря бежать на лечение. Скорее она поплыла за кем-то из пациентов. Вопрос: за кем?

— Ты уж как-нибудь сам не пускай! — парирует Роман-Дункан-Маклауд* и без лишнего приглашения садится на пассажирское сиденье моей тачки.

— Вот всяким помощникам головы откручу и перестану пускать.

Словно мало мне поводов для злости, дорога, как специально, «радует» обилием светофоров и пешеходов. Первые упрямо горят красным, вторые еле ползут по переходам.

Чтобы хоть как-то успокоить нервы, пока кручу баранку, продолжаю допрос. Выясняю, какого хрена Кира забыла в клинике. Пытаюсь понять, с кем у нее встреча и зачем.

В целом простые вопросы. Но будто исчерпал запас болтливости, Роман саботирует всю мою дознавательную деятельность.

Вместо четких ответов несет стандартную чушь о тайне журналистского расследования. Заливает, что не хочет вмешиваться в наши с Кирой дела. Только когда я устраиваю резкое торможение, встреча с лобовым стеклом раскрывает, наконец, говорильную чакру этого хрена-рыцаря.

С минуту слушаю густой поток брани, а потом получаю, что хотел.

— Свидетельница у нее там! — потирая ушибленный лоб, вещает Роман.

— Какая? Кто? — Снова разгоняю машину.

— Бывшая жена мудака, за которым Кира сейчас гоняется.

— Буровая?! Галина?!

Я еле сдерживаю проклятия. Вот только ее не хватало для полного счастья!

— Подробности не знаю! Имен не было. Лишь кто есть кто.

Редко какая фамилия может заставить меня действовать решительнее, однако сейчас как раз тот случай. Топлю в пол педаль газа и, больше не шифруясь от своей службы безопасности, вызываю подмогу.

Чего у акулы не отнять — умения находить цель. С Буровой Кира попала в самое яблочко. Галина — отличный свидетель. Умная, хваткая, с жесткими принципами и собственным маленьким кладбищем, эта женщина способна дать такие показания, что следствию хватит на несколько пожизненных!

Я и мечтать не мог об интервью с ней.

— Она у меня под домашний арест отправится! — грожу, забыв о соседе.

— Кире нужно, да. Жаль, сбежит, — с видом знатока поддакивает Маклауд.

— Больше не сбежит. Сил не останется.