Убей свою любовь

Саша сел, отхлебнул чаю и принялся колдовать с телефоном. Я не понимала в его манипуляциях ровным счетом ничего, но наблюдала с интересом. Через какое-то время муж отложил выключенный телефон и устало проговорил:

– Так и есть. Слушали его, потому и в курсе были всех ваших разговоров. Где твой телефон?

Я полезла в карман домашних брюк и протянула свой мобильный. Сашка проделал те же манипуляции и посмотрел на меня как-то странно:

– Аля, а ты в последнее время никаких помех в разговорах не замечала?

Я только плечами пожала:

– Да вроде нет.

.. все как обычно, только корпус стал почему-то сильно нагреваться да еще иногда шумы и треск, но ты ведь знаешь, какая у нас связь, особенно тут, за городом.

– Н-да, папины детки, кто-то вас крепко «под колпак» посадил, – задумчиво протянул муж. – И как бы теперь быстро выяснить, кто именно...

Я молчала. То, что оба телефона прослушивались, стало очевидно еще утром, в тот момент, когда Семен летел из окна с простреленной головой.

Кроме нас двоих, никто не знал о встрече. Как и о предмете предстоявшего разговора. Только из телефонного разговора накануне можно было извлечь информацию. Удивило и то, что муж никак не коснулся темы об ориентации Семена, просто принял к сведению – и все, не обсуждая, не осуждая и вообще никак не показывая своего отношения. Может, он прав в своем нежелании влезать в чужую интимную жизнь? Какая теперь разница, с кем спал мой брат, если его самого в живых уже нет.

– Иди спать, Аленька, – мягко сказал муж, дотянувшись рукой до моей руки и сжав ее. – Ты бледная совсем, глаза ввалились. Голова болит?

– Очень, – еле выдавила я, и Сашка мгновенно отреагировал, вскочил и бережно подхватил на руки:

– Идем, я тебя уложу.

Я уцепилась за его шею и прижалась носом к ключице. Сейчас уложит меня, помассирует с маслом две точки за ушами, и боль отступит. Он когда-то изучал техники точечного массажа, мотивируя интерес, как всегда, какими-то военными хитростями ниндзя, умевших ударом в болевую точку убивать мгновенно – либо так, что человек умирал только спустя время.

Я как-то спросила, пробовал ли он когда-то сам такой способ, но Сашка только покачал головой:

– Аленька, это сложное искусство, которому обучались годами и которое нельзя постичь походя, из праздного любопытства, не говоря уже о том, чтобы применить когда-то без нужды и практики.