Убей свою любовь

Автоматная очередь прозвучала так отчетливо, что мне стало не по себе, однако я быстро схватила винтовку и, высадив прикладом окно, выстрелила в бежавшего к нам человека. Тот взмахнул руками, выронил автомат и упал плашмя на спину. В тот момент я уже перестала соображать, что делаю, – мною овладел азарт охотника, даже не так – азарт собаки, учуявшей кровь раненого зверя и теперь стремившейся во что бы то ни стало догнать добычу, не упустить, не дать скрыться.

– Гони в лес, быстрее! Нам нельзя их терять, это точно те, кто нужен!

Никита быстро вывернул на дорогу и утопил педаль газа.

Савва тихо ругался на пассажирском сиденье, я же напряженно вглядывалась в пустую дорогу – как сквозь землю провалились! Неужели успели так быстро скрыться всего за какие-то минуты? Но Никита увидел машину первым – она неслась по накатанной прямо в лесопосадках дороге параллельно нам. Я высунулась в окно и выстрелила наугад, попав, однако, в колесо. Воодушевившись удачей, выстрелила во второе, уже прицельно. Хлопая пробитыми покрышками, «Мерседес» продолжал нестись куда-то, хотя уже со значительно меньшей скоростью. Окно левой задней дверки поползло вниз, и я сообразила, что сейчас оттуда начнут стрелять, а потому опередила.

– Вали всех, Арджуна, – процедила, вспомнив фразу из какого-то фильма, и прицелилась в водителя. Выстрел – машина пошла зигзагами. Там в салоне оставался еще один человек и Сереженька – если жив, конечно. «Мерседес», в последний раз вильнув, ткнулся в дерево и замер, Никита тоже ударил по тормозам, и они с Саввой рванули в лесопосадки.

Я же увидела, как из машины выскочил человек в кожаной жилетке и побежал, петляя между деревьев. Я выстрелила в спину, он упал. Меня трясло – что ни говори, а завалить сразу четырех человек – занятие, прямо скажем, не из веселых. От машины Никита с Саввой уже волокли повисшего мешком Сереженьку. Наскоро затолкав его в багажник, сели обратно, и Никита завел двигатель:

– Уф... ну и мясорубку вы устроили, Александра Ефимовна...

– Заткнись, а? – попросила я, кусая губу, чтобы не заплакать.

Этот случай живо воскресил в моей памяти сцену на лодочной станции, когда я практически в одиночку отстреливалась от троих мужиков. Сегодня, правда, мне повезло куда больше – я цела и невредима. Только вот руки трясутся...

– От кого бензином так воняет? – поморщившись, спросила я, и Савва откликнулся:

– Это я в лужу, видимо, наступил – там из канистры бензин лился, в салоне прямо стояла, так перевернулась и открылась.