Убей свою любовь

Он умолк, чуть задохнувшись от такой пламенной речи, а я в очередной раз подумала – вот ведь как повернулось. Ни отец, ни Бесо, ни – я уверена – дядя Моня не одобряли особенно мой брак, и вот произошло некое нечто, заставившее их пересмотреть свое отношение и развернуться на сто восемьдесят градусов. И вот уже для Бесо Акела – самый лучший кандидат на должность моего мужа, и он поет ему такие дифирамбы, что у меня внутри все сладко ноет от гордости.

– Ты, Сашенька, держись за него, – подытожил меж тем Бесо.

 – И это... позванивай хоть изредка, что ли? Держи в курсе, как Фима, как сама, хорошо? Вы не чужие мне, сама понимаешь.

У меня защипало в носу. Действительно, Бесо я воспринимала как родственника, как родного дядю. Он и Моня знали меня с самого детства, и я привыкла, что они просто есть в моей жизни. И вот теперь Бесо улетал – и кто знает, смогу ли я еще когда-то увидеть его. Хорошо, что есть телефонная связь. Так тяжело расставаться...

– И еще, Саня... Не хотел говорить, но совесть потом замучает.

Ты с братом своим, петушатником бесстыжим, поаккуратнее. Ненадежный он и скользкий, как вазелин. Смотри, девка, подведет он тебя под монастырь – второй раз уже подставляет, гляди, третьего можешь не пережить.

Я не успела ни спросить ничего, ни возразить – Бесо отключился, и когда я попробовала перезвонить, автоматический голос сообщил, что абонент отключил телефон.

Никита посматривал на меня в зеркало заднего вида, и во взгляде его читалась обеспокоенность.

– Ладно, Никс, бывает. Я просто... как тебе объяснить... они с Моней мне как родные, понимаешь? Я росла практически в доме Бесо, пока папа этот особняк отстраивал, мы все праздники вместе, все события... семья, понимаешь? – Я отвернулась к окну и закусила губу, чтобы не заплакать.

– Н-да-а... – протянул неопределенно Никита, и больше мы не разговаривали до самой площадки.

«Харлей» никак не желал подчиняться, я ухитрилась два раза упасть, сильно разбив колено на здоровой ноге, и Никита предложил не упражняться больше, но я решила для себя – нет, не отступлюсь, пока не сделаю нормального круга на хорошей скорости.

Ни за что не уеду, даже если голову разобью. Никита только махнул рукой и вынул сигареты. Я снова оседлала своего строптивого «конька» и вдруг почувствовала – могу! Могу, прекрасно чувствую коленом бок мотоцикла – и ничего не болит! Внутри все запело, и я рванула с места. Круг мне удался, а потом второй и третий.