Убежище

Боясь последствий, если я злился, проявлял грубость или жестокость, то старался копить все внутри, потому что дал себе обещание больше никогда не возвращаться в то место. Я никогда не стану прежним, потому что, попав за решетку, уничтожил частицу своей души и практически погубил родителей.

Освободившись, мысленно я по-прежнему остался в заключении; жил, словно робот, чтобы не совершать ошибок. Но мне отчаянно хотелось хоть что-нибудь почувствовать. Я хотел сопротивления и притяжения, хотел бороться, трахаться и снова подчинить весь этот гребаный мир себе.

Я хотел брать.

Зажмурившись, я упивался многообразием ощущений, которые порождала во мне Бэнкс. Я отпустил ее волосы и провел ладонями по ягодицам. Жаль, что здесь было темно, мне бы хотелось увидеть, осталась ли ее кожа красной после порки.

Теперь, ухватившись за бедра девушки, я просто сдерживался: она взяла инициативу на себя, прижимаясь и скользя вверх-вниз по моему члену.

– Эй, Кай! – крикнул кто-то. – Йоу, ты где?

Уилл.

Твою мать.

Бэнкс охнула, и я зажал ей рот рукой. Не выходя из нее, поднялся со стула.

– Ш-ш-ш, – прошипел я ей на ухо, заставив замолчать. Прижав Бэнкс к стене, я раздвинул ее ноги шире, стянул с себя рубашку и, крепко ухватив девушку за талию, продолжил совершать резкие толчки.

Вдруг рядом раздался голос Алекс:

– Бэнкс!"

"Какого черта? Чем громче она стонала, тем сильнее я прижимал ладонь к ее губам.

– Он здесь? Она нашла его? – спросила Алекс.

– Не знаю. Его машина до сих пор стоит перед собором, – ответил Уилл.

Бэнкс отстранилась от моей руки и прошептала:

– Они подвезли меня. Наверное, проверяют, нашла ли я тебя. Нам нужно остановиться.

– Нет, – отрезал я, поцеловал ее в шею, чувствуя приближение оргазма, и сжал грудь.

– О, – всхлипнула она. – Сильнее. Пожалуйста.

Покрывая поцелуями ее лицо, я спустился к губам, затем к шее, лаская каждый участок кожи, до которого мог дотянуться, и крепче прижал Бэнкс к себе.

– Да, да… О боже!

Я снова закрыл ей рот рукой, но мы оба были на грани кульминации, и мне было плевать, услышат ли нас Алекс с Уиллом.

– Ты не была создана для них, – прошептал я ей на ухо, опустив руку и поглаживая ее клитор. – Ни для Дэймона, ни для Гэбриэла, ни для кого-то еще. Ты была создана для меня. И я хочу тебя в своей постели сегодня ночью.

– Я не останусь ночевать в той дыре.

Я шлепнул ее по заднице.