Убийственно просто

А еще ты рада, что Майкл – не голубой.

– Карли! Как тебе не стыдно!

– Ничего мне не стыдно! Эшли – расчетливая ледышка!

Грейс насторожился, но сумел сохранить внешнюю невозмутимость.

– Карли, почему у вас сложилось такое впечатление?

– Не слушайте ее! – перебила Джилл Харрисон. – Она устала и не выспалась: долгий перелет, смена часовых поясов…

– Чушь собачья! – воскликнула Карли. – Она – охотница за деньгами!

– Насколько хорошо вы обе ее знаете? – спросил Грейс.

– Я виделась с ней один раз, и с меня хватило, – поморщилась Карли.

– По-моему, Эшли – очаровательная девушка, – пожала плечами Джилл. – Умная, приятная, может поддержать разговор на любую тему. Со мной она очень мила.

– Вы знакомы с ее родственниками? – как бы между прочим обронил Грейс.

– У бедняжки нет никаких родственников, кроме очень славного дядюшки в Канаде. – Джилл покачала головой. – Ее родители погибли в автокатастрофе, когда ездили в отпуск в Шотландию. Ей было всего три года. Эшли отдали в другую семью, но приемные родители плохо с ней обращались.

Сначала они жили в Лондоне, потом переехали в Австралию. Когда она подросла, приемный отец несколько раз пытался ее изнасиловать. В шестнадцать лет Эшли сбежала от них в Торонто к дяде и тете. Кажется, тетя недавно скончалась, и Эшли очень горевала по этому поводу. Брэдли с женой были единственными людьми, относившимися к ней по-доброму. Ей пришлось пробиваться в жизни самостоятельно. Я искренне восхищаюсь ею.

– Фэ-э-э!.. – Карли сделала вид, что ее сейчас вырвет.

– В чем дело? – осведомился Грейс.

– Едва увидев эту девицу, я тут же просекла, что она насквозь фальшивая. А после сегодняшнего… вообще кошмар! Не знаю почему, но у меня сложилось впечатление, что она не любит моего брата. Я точно знаю. Наверное, ей жутко хочется выйти за него замуж, но это не то же самое, что любить. Люби она его на самом деле, ни за что не устроила бы сегодняшнего представления – ей было бы просто не до того!

Грейс посмотрел на девушку с растущим интересом.

– Понимаете, о чем я? – продолжала Карли. – Я рассуждаю, как женщина. Может быть, мама права, и я устала после долгого перелета, но я – женщина. И я люблю брата. Не то что эта дрянь паршивая – его невеста!

– Ах, мама, да перестань ты!

После ухода все еще кипевшей от злости Эшли Марк включил телевизор, надеясь поймать программу новостей. Заодно он повернет и ручку настройки радиоприемника, но семичасовой выпуск уже кончился.