Убийственно просто

Один из них, Роберт Хулигэн, работает… то есть работал… в похоронном бюро своего дяди… но о гробе у нас и речи не шло. Вы уверены, что они взяли гроб?

– Полиция сообщила, что, по их сведениям, в микроавтобусе находился гроб. Еще до аварии. Как по-вашему, что могло случиться с Майклом Харрисоном?

– Понятия не имею. Я крайне встревожен.

– Вчера я говорил с вдовой одного из ваших друзей, миссис Зои Уокер. Она сказала, вы собирались отомстить Майклу, потому что он все время подшучивал над друзьями. Может быть, гроб имеет какое-то отношение к мести?

– Повторяю, мне о гробе ничего не известно.

Возможно, они решили взять его в последнюю минуту.

– Как вы считаете, могли ваши друзья положить Майкла Харрисона в гроб и где-нибудь оставить?

– Вы ведь знаете, что бывает, когда напиваешься в веселой компании, – поразмыслив, протянул Марк. – Иногда друзья откалывают совершенно идиотские номера.

– Знаю. Сам был таким.

Оба рассмеялись. Марк почувствовал легкое облегчение.

– Что ж, спасибо, что уделили мне время.

Если что-нибудь узнаете, пожалуйста, позвоните нам. Я дам вам номер.

– Конечно, – ответил Марк, оглядываясь в поисках ручки.

Несколько минут спустя в кабине лифта он перебирал в уме подробности разговора, надеясь, что не сморозил какую-нибудь глупость. Интересно, что скажет Эшли, увидев его фамилию на газетной полосе. Наверняка взбесится из-за того, что он согласился дать интервью. Но разве у него был выбор?

Поднявшись по пандусу со стоянки, Марк осторожно вывел машину на улицу, повернул налево и влился в плотный поток транспорта.

Ему то и дело приходилось притормаживать, понимая, что, скорее всего, он превышает скорость. Меньше всего на свете ему хотелось, чтобы его остановили и заставили дышать в трубочку!

Через двадцать минут он въезжал на стоянку садоводческого торгового центра на задворках Ньюхейвена, порта на Ла-Манше милях в десяти от его дома. Времени оставалось в обрез – в восемь вечера магазин закрывался. Марк быстро купил лопату, отвертку, молоток, долото, карманный фонарик, плотные резиновые перчатки и сапоги.

К восьми он уже вернулся в машину. На стоянке почти никого не осталось. Небо было на удивление чистым – прежде чем полностью стемнеет, пройдет добрых два часа, а то и больше.

Значит, пока надо как-то убить время.

Марк понимал, что должен поесть, но в желудке все переворачивалось. Может, взять гамбургер или что-нибудь из китайской кухни на вынос? Или индийской… Ничего не хотелось. Эшли злится на него.