Убийство городов

Он спустился с холма и приблизился к озеру, вдыхая запах воды, сырой земли и холодной травы. Утки поднялись, с шумом вспенили воду и унеслись, оставляя на озере медленные круги.

Рябинин разделся, сбросив на траву измызганную одежду. Стоял голый, чувствуя стопами холод травы, а животом и грудью чуть слышные дуновенья, веющие из озера.

Вошел в воду, погружаясь в мягкий ил, из которого поднимались серебряные пузыри. Он чувствовал ногами их веселящие прикосновения. Вздохнул, кинулся в глубину, испытав счастливый испуг.

Плыл под водой, загребая руками, чувствуя животом пробегавшие холодные струйки. Выскользнул на поверхность, счастливо и шумно, видя вокруг голубоватый свет, таинственный блеск. Поплыл то на груди, то перевертываясь на спину. Озеро омывало его, ласкало и нежило. Оно смывало пот и гарь, следы слез и крови. Все его рубцы, царапины, темные синяки заживали. Его утомленная плоть и ожесточенная душа молодели и просветлялись. Озеро его к чему-то готовило, о чем-то тихо шептало и нежно звенело. Он верил озеру, любил его, отдавал себя его светлой и благой воле.

Плыл вдоль темной стены камышей и увидел цветок белой лилии, ее сочные лепестки, золотую сердцевину. Драгоценная звезда качалась на воде у самых глаз, источала тончайшую свежесть, прелесть упоительной женственности. Он поцеловал цветок, который был послан ему в преддверии волшебного откровения.

Вышел на берег, взволнованный, просветленный, как из купели.

Было почти темно. Он выбрал копну сена, ту, что поближе к воде. Лег, утонул в глубине копны, окруженный вянущими стеблями, пьянящими запахами.

Глядел на озеро. Над водой струился туман. Пролетели утки и, крякая, сели в близких камышах.

На душе Рябинина было светло. Возникло предчувствие волшебного, долгожданного, к чему стремился многие годы, мечтал, странствовал по городам и весям, попал на эту войну, избегнул смерти. Все для того, чтобы оказаться у этого сказочного озера, в этом обетованном краю, где поджидало его чудесное озарение.

Он дремал. Видел в полусне туман, летящий над озером.

Из этого тумана, как сновидение, возникала женщина. Стояла на водах, прозрачная, статная, возносясь головой к мерцающим небесам, утопая босыми стопами в тумане. Рябинин никогда прежде не видел ее лица, но оно было знакомо и обожаемо. В этом лице было столько красоты, благородной силы, материнской нежности, что Рябинин почувствовал, как по щекам текут слезы. В мире, где он жил, присутствовала женственность, милосердие, чудесное избавление от смерти.