Убийство городов

Рябинин вдруг уловил кислый запах гари, ядовитое зловонье сгоревшей резины. «КамАЗ» остановился возле черной бесформенной груды, от которой исходило зловонье. Провожатый встал из кабины.

– Так вот он куда задевался, Горыныч! Здесь его ждали укры!

Рябинин угадал в рыхлой бесформенной груде остов грузовика. Просев на ободах, лишенный кузова, с раскрытым капотом, грузовик был изувечен ударом, сожжен огнем. Источал кислый и теплый запах ржавчины, липкую вонь резины. И тонкие сладковатые яды разложившейся плоти.

– «Спелый»! «Спелый»! Я – «Колун».

– Куда они нас завезли? Подстава какая-то! – жалобно воскликнул Лубенко.

– «Спелый»! «Спелый»! Я – «Колун»! – хрипел в рацию провожатый.

Рябинин почувствовал страх – ноющей грудью, замерзшими вдруг лопатками, плечом, которым касался соседа. Через это плечо его страх передавался соседу и возвращался обратно. Страх был общим. Все смотрели в одну сторону – на взорванный грузовик.

Рябинину казалось, что в черном остове, среди разорванного железа и зловонной резины притаилось чудище, косматое, как взрыв, свирепое, кровожадное, готовое с ревом вырваться, наброситься на добычу, сгрести когтями и, чавкая, изжевать и выплюнуть, как выплюнуло этот растерзанный грузовик.

– Я – «Колун»! Я – «Колун»!..

– Что здесь было? – спросил Рябинин.

– А то и было, что укропы грузовик раздолбали с такими же, как вы, охламонами. Здесь по степи укропские диверсанты шастают. Одну группу наши сгребли, штаны с них спустили, в жопы автоматы воткнули и дали очереди.

– Господи помилуй! – тихо ахнул кубанский казак Лубенко.

В стороне, догоняя друг друга, полетели красные угольки, метнулись бесшумные белые иглы. Через мгновенье донесся стук автоматов, хрустящие очереди. Полыхнул далекий взрыв.

– А ну, вертай назад! – крикнул провожатый водителю и скрылся в кабине. Грузовик рванулся, круто повернул и помчался, подпрыгивая на ухабах. Все обратили лица в степь, где шел бой, летели трассеры, стучали очереди, дергалось пламя взрывов.

Грузовик удалился от места боя и встал. Провожатый вылез из кабины и пошел осматривать обочину, светя фонариком. Вернулся, обращаясь к шоферу:

– Пойдем левее. Там топь. Туда никто не суется. Только сам не утопни. А то тебя укры из болота за яйца вытащат.

Завели мотор. Грузовик стал осторожно переезжать рытвину. Лубенко вскочил и что есть мочи заколотил по крыше кабины.